Raptor - Хо

— Нужно подняться наверх, — уверенно сказал Сергей.

— Чего?! Зачем?! — в один голос воскликнули Бекас и Геранин. — С ума сошёл? Ты же свалишься с лестницы!

— Действительно, Серёж, давай лучше расположимся где-нибудь на этой палубе? Найдём каюту подходящую… — начала было отговаривать его Лида.

— Нет, мы идём наверх, — упрямо ответил тот.

— Но ты же упадёшь!

— Не упаду.

— Ну что за упрямец?! — Лидия повернулась к Ольге.

Та молча кивнула.

— Тебе нравится, что ли, её таскать? — усмехнулся Иван.

Сергей, ничего ему не отвечая, приподнял Настю и забросил её себе на плечо. Ему было очень тяжело, но он почему-то упорно стоял на своём, действуя по понятному только ему самому принципу. Осторожно переставляя ноги со ступеньки на ступеньку, он стал медленно подниматься по лестнице, не держась за перила, так как обе руки его были заняты.

— Ну всё. Сейчас навернётся, — пессимистично произнёс Вовка.

— Я не знаю, чего он добивается? — раздражённо добавил Бекас.

— Лучше бы помогли ему, чем из пустого в порожнее переливать, — сердито набросилась на них Лида.

Её замечание подействовало только на Ваню. Он тут же отправился вслед за Сергеем, и стал осторожно придерживать его руками за плечи, для страховки. Геранин же остался стоять на месте, созерцая их неторопливый подъём снизу.

— Я не могу на это смотреть, — Лидия нервно обхватила голову руками. — А вдруг Серёжка споткнётся? Они ведь себе все кости тогда переломают.

— Всё будет в порядке, — сухими губами произнесла Ольга. — Они очень хорошо поднимаются.

— Чего ему приспичило лезть наверх? — снова возмутился толстяк.

Но никто его не замечал. Обе девушки неотрывно следили за подъёмом Сергея, Вани и Насти. Последний виток, последние ступеньки. Серёжка, очевидно, начал уставать. Он всё чаще пошатывался и делал короткие остановки для передышки. Один раз он даже споткнулся, вызвав у зрителей внизу волнительный вздох, но Бекас тут же удержал его, и падения не произошло. Сергей быстро обрёл равновесие и вскоре продолжил свой подъём. Когда вся троица скрылась на верхней палубе, Лида и Оля почти в один голос выдохнули:

— Слава Богу.

Когда они стали подниматься следом, обеих всё ещё колотило, поэтому они делали какие-то механические движения, передвигаясь рывками.

Верхняя палуба была застелена красными ковровыми дорожками. Её интерьеры заметно отличались от внешнего вида «жёлтой» палубы и говорили о том, что здесь располагаются не иначе как апартаменты пассажиров, путешествующих первым классом. Прямо над лестницей, в центре зала, на потолке виднелась круглая полусфера стеклянного купола, немного напоминающая прозрачный глобус с координатными линиями. Через этот купол свет проникал в центральный зал «красной» палубы, освещая его. На боковых сторонах зала также, как и в центральном холле, располагались широкие окна с бархатными тёмно-багровыми шторами.

Вся верхняя палуба отводилась под люксы, каюты экипажа и дежурные помещения. Причём, в какой стороне что из них находилось, можно было разобрать, особо над этим не задумываясь. В передней части палубы, убранство выглядело менее вычурным и броским, если не считать двух больших картин с морскими пейзажами, украшавших стены. Прямо между картинами размещались настежь открытые двери, за которыми виднелся небольшой коридор. Над дверями висела строгая табличка «Вход только для служащих и членов экипажа». Она подтверждала догадку о том, что в той стороне располагаются помещения, предназначенные для корабельной команды. В противоположной же от лестницы части «красной» палубы всё выглядело совсем иначе и сильно контрастировало с передней стороной. Там находились каюты для особо важных персон. Всего их было две, но они занимали всю оставшуюся палубу. Можно было только догадываться, что находилось внутри этих расположенных друг напротив друга кают, больше напоминающих гостиничные апартаменты, но уже снаружи сильно бросалась в глаза окружавшая их напыщенность. Пальмы, стоявшие в резных деревянных кашпо, уже давно засохли и сейчас представляли удручающее зрелище. Наверное, когда-то они были яркими и раскидистыми. Помутневшие зеркала с позолоченными рамками, люстры, ковры и небольшие статуэтки, изображающие русалок. Всё это указывало на богатство привилегированных номеров. Даже повсеместная пыль и грязь не смогли затмить этого лоска. Далеко не каждый человек мог позволить себе в них поселиться.