Raptor - Хо

— Чтобы… Что? — Сергей сверкнул вспышкой, и тёмная волна клопов, зажимающая их в угол, отхлынула в сторону.

— Дело в том, что вонь, которую они испускают — это не просто неприятный запах. Это специфический газ, воздействующий на сознание. Вдыхая его, ты начинаешь видеть то, что находится по ту сторону сумерек. Ты теряешь связь с реальностью, и, как следствие, лишаешься иммунитета к воздействию извне. Как только это произойдёт, ты станешь покойником, ещё не умерев.

— Чудесная перспективка… Ну уж нет. Я не допущу, чтобы меня сожрали какие-то клопы! Получайте, вонючки чёртовы, вот вам!

Вспышки разбрасывали клопов по сторонам, но на смену отхлынувшим волнам шевелящейся гнуси, накатывали новые, ещё более многочисленные полчища. От их непрекращающегося движения казалось, что всё вокруг шевелится.

Люстра на потолке вспыхнула ярким светом, и тут же погасла, вернув кают-компанию в объятия темноты. Сразу запахло горелой проводкой. Видимо, клопы проникли в электрический щиток, и вызвали короткое замыкание. Дезориентированный Сергей участил свои беглые контратаки. Короткие картинки, вырываемые вспышкой из полумрака, вырисовывали страшные миражи, от которых у осаждённых ребят окончательно сдали нервы.

Аккумулятор фотокамеры не успевал перезаряжать вспышку с такой скоростью, какую ему задавал Сергей. По большей части, он нажимал на кнопку впустую. После того, как его укусил первый клоп, он позабыл о всякой выдержке. Одной рукой непрестанно отряхивая свои волосы и плечи, а другой — раздавая вспышки направо и налево, он что-то кричал наседающим на него лавинам клопов, дёргаясь точно в припадке. Тем временем, Евгений, стряхнув клопов с тумбочки, открыл ящик, и начал на ощупь шарить в нём. Выудив фонарь из ящика, за пару секунд наполнившегося клопами, он включил его. Посветив по сторонам, он выловил из темноты Сергея, танцующего какой-то дикий танец посреди комнаты, и, осветив своё лицо, крикнул ему:

— Серёга! Я здесь! Я придумал, как нам выбраться! Иди за мной!

Сергей на мгновение остановился, и взглянул на него, тяжело дыша. Евгений сделал ему рукой жест «подойди», но тут, внезапно, между ними выросло Хо. Когда луч фонарика ударил ему в лицо, широкие зрачки сумеречника сузились до малюсеньких точек. Тени от острых зубов косо расчертили алую ребристую пещеру его ужасной пасти.

— Женька!

Сергей не успел сделать ни единого шага. Упругий хвост Хо сбил его с ног одним ударом.

— Я же сказало тебе… Он мой!

Не дав ему опомниться, Хо набросилось на Евгения, свалив его на пол. Фонарик покатился по полу, освещая фрагменты их борющихся тел, и толпы мечущихся клопов. Сергей уже не чувствовал, что его кусают. Он не знал, сколько раз его укусили. Проклятые клопы впрыскивали в его кровь какое-то обезболивающее вещество, делающее их укусы совершенно неощутимыми. Лишь постепенно усиливающийся зуд указывал на то, что количество укусов превысило все допустимые ограничения.

Но это было ещё не самое плохое. Всё гуще и тяжелее становился омерзительный запах, испускаемый клопами. Видимо, Хо и Евгений, катаясь по полу, раздавили их не одну сотню. И теперь ядовитые миазмы заполнили кают-компанию плотным, концентрированным облаком. Дышать стало трудно. Глаза щипало, точно от нашатыря. К горлу подкатывала тошнота.

Вспышка сверкнула в последний раз, и более не включалась. То ли батарея разрядилась окончательно, то ли в пылу лихорадочного нажимания на кнопку, Сергей сломал фотокамеру. Выяснять причину было некогда, да уже и не важно. Отшвырнув испорченную камеру в сторону, он бросился к единственному источнику света — к фонарику. Клопы с хрустом давились его подошвами. Вонь стала нестерпимой. Зажимая нос, и дыша только ртом, через собственную ладонь, хоть эффекта от этого не было абсолютно никакого, Сергей подхватил фонарик с пола, и, посветив им перед собой, увидел, как два чёрных существа, рыча и шипя, кувыркались по полу, сцепившись мёртвой хваткой, а сверху, с потолка, бесконечным дождём сыпались клопы.

Сознание Сергея начало мутиться. Шатаясь из стороны в сторону, он бросился к окну. По дороге споткнулся об стул, и упал, сильно ударившись коленом. Боль слегка привела его в чувства. Поднявшись, он схватил опрокинутый стул, и швырнул его в окно. Стекло звякнуло, но не разбилось. Тогда он упрямо поднял стул, и замахнулся им вновь, но удар так и не нанёс. По ту сторону стекла, из туманной темноты возникло отвратительное существо с воронкообразной пастью-присоской. Поглядев на Сергея своими красными поблёскивающими глазищами, оно с хлюпающим звуком присосалось к окну, и парень увидел, как, выпроставшись из центра слюнявой пасти-воронки, усеянной с внутренней стороны шевелящимися игольчатыми зубами, по стеклу заскользил мясистый подрагивающий язык.