Raptor - Хо

— Откуда ты всё это знаешь?

— Видел.

— Где? Как ты вообще столкнулся с этим? Ведь раньше ты обо всём этом даже не подозревал, также как и я. А теперь…

— Я видел это фрагментарно. В обрывках чужих воспоминаний, в налётах чужих мыслей, в чужих снах. Мой проводник поведал мне обо всём. Возможно, не желая того, а может быть и нарочно — трудно судить. Когда идёшь за проводником, его душа частично сливается с твоей. Разумы обмениваются информацией, проникают друг в друга.

— Наверное, это неприятное ощущение.

— Не то слово. Это самая настоящая пытка, если слияние происходит на фоне борьбы этих самых разумов, и малейшая слабость грозит поражением. Ведь ассимиляция может завершиться полнейшим поглощением твоего сознания чужим. В этом соперничестве кроется вся тяжесть расплаты за новые знания. Поэтому тебе повезло, что твой проводник оказался другом, а не врагом.

Держа в руке спелую виноградную гроздь, Ольга отрывала по одной виноградинке, после чего клала их в рот, предварительно глядя сквозь них на солнце. Евгений помолчал немного, а потом спросил у неё:

— А хочешь, мы с тобой проведём опыт?

— Опыт? Какой?

— По расслоению. Я покажу, как оно действует.

— Ну-у, если это не опасно…

— Ну что ты! Ничего опасного. Простейший эксперимент.

— Тогда давай.

— Смотри, — Евгений на мгновение заглянул под стол, и когда выпрямился вновь, в его руках уже было два маленьких надутых воздушных шарика: красный и оранжевый.

— Что это? То есть, я, конечно же, понимаю, что это — воздушные шарики, но что ты собираешься с ними делать?

— Сейчас ты увидишь наглядный пример сумеречного расслоения — отделение энергетической оболочки от материальной. Сначала посмотрим, что произойдёт с предметом, если его материальная оболочка будет уничтожена. Правильнее сказать — видоизменена. Вытащи иголку из скатерти, и проколи ей один из шариков.

— Какую иголку? — удивлённо спросила Ольга, и тут же заметила небольшую иглу, воткнутую в скатерть неподалёку от её тарелки. — А-а, вот эту…

Выдернув иголку, и осторожно удерживая её двумя пальцами, девушка медленно поднесла её к красному шарику, и, немного зажмурившись, проткнула его. Раздался хлопок, и шарик повис на руке Евгения сморщенной красной тряпочкой. Но на его бывшем месте остался точно такой же шар, только полупрозрачный и похожий на голографическое изображение, или же, скорее, на призрака.

— Теперь ты поняла, что это такое? — улыбнулся Евгений. — В реальном мире всё происходит точно так же, только мы этого не видим.

— Невероятно, — прошептала Оля.

— Погоди, это ещё не всё. Сейчас начнётся самое интересное. Ты ничего не замечаешь в этом энергетическом двойнике? Он тускнеет на глазах, становится более прозрачным, рассеивается, лишается первоначальной формы. Знаешь почему? Потому что его материальный носитель претерпел структурные изменения. Деформировался. Чтобы тебе проще было понять, представь стакан наполненный водой. Пока вода в стакане — она имеет форму стакана, но стоит стакан разбить, как она тут же растекается лужей. Я нарочно замедлил процесс расслоения. В реальности всё происходит настолько адекватно и быстро, что естественное расслоение, в принципе, невозможно. Содержание видоизменяется идентично форме. Смотри, энергия рассеивается. Шарик потерял большую часть своего заряда, но не весь заряд. Остаётся так называемый «осадок», или долгорасщепляющаяся энергия. Она необходима для глобального равновесия, и служит для консервации материи. Сращивает её молекулярную структуру, и затормаживает распад. Благодаря этому, лопнувший шарик будет разлагаться чрезвычайно долго, пока вся его энергия не затухнет окончательно. Она также нужна и для восстановительных целей. На осадочной энергии очень легко может возникать основная энергия, появляющаяся в результате починки материальной структуры, или придания ей иной формы, для определённых целей. У таких вещей как воздушные шарики, в роли основной энергии на девяносто процентов выступает принятая посторонняя энергия, то есть наша, человеческая. От его создания — до наполнения газом, происходит ни что иное, как обогащение энергетического заряда неживой материи.

Прозрачный силуэт шарика уже почти рассеялся в воздухе. Лишь внизу, над рукой Евгения осталось яркое пятно, съёживающееся и впитывающееся в обмякшую оболочку. Когда энергия окончательно соединилась с материей, Женя покачал лопнувшим шариком из стороны в сторону, показывая Ольге, как он вспыхивает при каждом новом движении, точно лампочка.