Raptor - Хо

— На нас не нападёт… Ага, а вот и она. Видишь? Во-он, смотри куда я указываю.

Оля присмотрелась туда, куда указывала рука Жени, и увидела среди густо переплетённого клубка корневищ нечто тёмное и шевелящееся.

— Сейчас я её выманю.

— Слушай, а может не надо этого делать? Пусть сидит в своём укрытии.

— Не бойся. Всё будет хорошо, — Евгений отломил от лежащего на дне бревна толстую ветку, и медленно подплыл к логову хищницы.

Ольга на всякий случай отплыла чуть подальше, с тревогой в сердце наблюдая за его действиями. А Женя, как ни в чём ни бывало, принялся водить палкой из стороны в сторону, приговаривая:

— Ну-ка, плыви-ка сюда, красавица…

И мурена, привлекаемая этими равномерными движениями палки, начала медленно выплывать из укрытия. У неё были длинные продолговатые челюсти, и широкое, сплющенное с боков тело, похожее на ремень. Выглядело существо более чем угрожающе, но Женю это нисколько не смущало. Он продолжал дразнить мурену палочкой, приговаривая такие слова, как если бы играл с обычной собакой. В конце концов, мурена не выдержала, и сделала бросок, заставивший Ольгу вздрогнуть:

— Ой! Укусила?!

— Спокойно! — рассмеялся Евгений, продолжая удерживать палку, в которую вонзились острые зубы мурены, принявшейся сердито трепать её из стороны в сторону. — Мы всего лишь играем. Смотри какая жадина! А ну-ка, отпусти! Отпусти, кому сказал! Вот вредина!

По его тону было понятно, что он не только не боится крупного хищника, но и относится к нему как к какому-то безобидному домашнему животному. И даже то обстоятельство, что в движениях хищницы, дёргавшей палку, явно прослеживалась дикая злость, Евгений воспринимал равнодушно и со смехом.

— Ладно! Забирай. Ну тебя… — с этими словами он выпустил палку из рук и мурена тут же утащила её в своё жилище.

Больше она из него не высовывалась.

— Ты предлагаешь мне проплыть мимо этой зверюги? — взволнованно произнесла Оля. — А вдруг она выскочит и набросится на меня как на палку?

— Не выскочит. Самое главное — не гладить её. Она этого не любит. Может цапнуть. В остальном же — она совершенно безопасна. Поверь мне.

Оттолкнувшись от толстенного корня, Евгений вытянулся горизонтально, и работая ластами быстро поплыл между древесных колонн, огибая одно корневище за другим. С трудом переборов страх, Оля последовала за ним, постаравшись миновать участок, контролируемый муреной, как можно быстрее. Но Женя её не обманывал. Зловещая хищница даже и не думала на неё нападать.

Толстые, искривлённые корни расступились, пропуская девушку вперёд, и она выплыла на просторный, залитый солнцем участок подводного царства, представляющий из себя ровную котловину, со всех сторон окружённую гладкими подъёмами, густо поросшими мангровыми зарослями. Здесь было красиво и чисто, словно в бассейне. Падающие сверху солнечные лучи весело играли на песке, покрывающем дно, а совсем рядом, в толще воды безбоязненно плавали многочисленные и разнообразные обитатели водоёма.

Глаза разбегались от их многообразия. Мимо Ольги неторопливо проплыли две игуаны. Прижав свои короткие мясистые лапки к бокам, они, гибко извивались, усиленно работали широкими, плоскими хвостами, специально приспособленными для подводного плаванья. Головы и спины ящериц были украшены удивительными гребнями. Проводив их взглядом, Оля развернулась, и тут же обнаружила, что окружена со всех сторон всевозможными диковинными рыбками. Большинство этих рыбок очень напоминали аквариумных. Маленькие и необычайно яркие. Пятнистые, полосатые, серебристые, неоновые. Одни — похожи на плоских треугольных скалярий, другие — на шустрых барбусов, третьи — на пучеглазых телескопов…

Все эти небольшие рыбёшки дружно кружились вокруг неё, игриво щекочась. Но стоило Ольге продвинуться дальше — к центру котловины, как рыбки тут же прыснули в разные стороны, то ли испугавшись её резких движений, то ли потеряв к ней интерес. Теперь перед Олей демонстрировали свои красочные наряды уже другие обитатели «котла» — более крупные рыбы, и яркие тритоны, суетящиеся у поверхности. Медленно ворочая хвостами, рыбины нехотя уступали ей дорогу, уходя в сторону. У них были толстые губы, и сонные глаза, а чешуя была золотистой, тускло поблёскивающей, словно отполированная медь.

— Золотые караси, — послышался в её голове ответ Евгения. — Они немного отличаются от обычных, земных. Покрупнее, и покрасивее.

— Сколько тут всякой живности! Уму непостижимо! И все такие красивые! — восторгалась Ольга.