– Понимаю. – Тейсман внимательно посмотрел на неё. – И, пожалуй, в целом я с вами согласен. Но скажите мне, Шэннон, если бы манти действительно планировали сохранить все оккупированные планеты и системы, вы бы высказались за возобновление войны против них, при условии, что то, что вы построили действительно уравняет тактический баланс?
– Вы имеете в виду, лично я, сэр? Или вы спрашиваете, какова по моему мнению должна быть политика правительства?
– И то и другое.
Она тщательно, не торопясь, обдумала вопрос и, когда решила каким будет ответ, искренне удивилась.
– Знаете, сэр, я так серьезно никогда об этом не думала. Но раз уж вы спрашиваете, пожалуй, я бы высказалась «за». – Она покачала головой, явно озадаченная собственным выводом. – Никогда не думала, что скажу такое, но это правда. Возможно, это отчасти патриотизм, а может быть, желание отомстить – отыграться после того, как они надрали нам задницу. И хотя мне неловко в этом признаваться, возможно, во мне говорит желание увидеть, как на деле будет работать моя новая техника.
– Боюсь, что тут вы не одиноки, вне зависимости от мотивов, – мрачно сказал он. – Что до меня, я считаю, что для нас было бы безумием снова затевать войну со Звездным Королевством практически при любых обстоятельствах, которые только можно вообразить. Даже если Болтхол позволит нам встретить их почти на равных по техническим возможностям, последние пятнадцать лет должны были показать любому, кто обладает хотя бы мозгами амебы, что цена – для обеих сторон – будет непомерной. Но есть одна вещь, о которой мы с президентом не должны забывать: не только на флоте, но и в простых избирателях все еще живет озлобление против «врага», с которым мы так долго боролись. Вот почему так страшен Джанкола. Мы боимся, что его призывы к конфронтации во внешней политике вступят в резонанс с этими гневом и ненавистью. А это, Господи помилуй, может спровоцировать волну общественной поддержки возобновления войны. И пока мы не можем заставить бестолковых манти по крайней мере положить на стол переговоров хоть какие-то серьезные мирные предложения, они играют на руку нашим собственным идиотам, которые хотят снова развязать войну. Вот почему я хочу, чтобы вы знали: момент, когда мы объявим о существовании Болтхола и кораблей, которые вы здесь строите, – это вопрос очень тонкого политического расчета. Мы с президентом с одной стороны, и сторонники конфронтации с другой, мы все хотим объявить о создании нового флота в тот момент, который будет для нас наиболее выгоден. Мы должны выбрать время, когда манти гарантированно не рискнут предпринять какую-нибудь упреждающую акцию, а значит, надо выжидать до тех пор, пока мы не соберем мощный сдерживающий щит. Сторонникам конфронтации нужен момент, когда для них будет наиболее политически выгоден тот факт, что мы сравнялись с манти по технологии – или, по меньшей мере, выровняли дисбаланс. Решение, разумеется, будет принято не на вашем уровне, а на гораздо более высоком. Но нам нужно, чтобы вы были готовы, а вы должны понимать, что вряд ли получите заблаговременное предупреждение. И еще, – иронично улыбнулся он, – Нам нужно, чтобы вы и дальше продолжали совершать чудеса и превосходить наши ожидания, потому что как только остальная галактика узнает о Болтхоле, нам потребуются все наличные мускулы.
Следуя за Джеймсом МакГиннесом, Хэмиш Александер вошел в гимнастический зал в подвальном этаже особняка Хонор у бухты Язона и остановился на пороге.
Посреди просторного, ярко освещенного и прекрасно оборудованного зала стояла Хонор в традиционном белом ги с черным поясом, украшенным восемью плетеными узлами, обозначавшими ступень мастерства. Граф не удивился: он знал, что восьмую она получила чуть больше года назад. Сам Хэмиш рукопашным боем не занимался, предпочитая футбол и фехтование, однако знал, что выше восьмой ступени в coup de vitesse существует только одна. Учитывая упорство, с которым Хонор шла к любой поставленной цели, он не сомневался, что девятый узел на её поясе не заставит себя ждать – это лишь вопрос времени.
Однако того, чем она решила заняться сегодня утром, Хэмиш никак не ожидал. Хонор не шлифовала свои бесконечные ката, не отрабатывала приемы со спарринг-партнером – она дралась в полный контакт с изготовленным специально для этой цели гуманоидным роботом-тренажером, и ей приходилось несладко.
Читать дальше