Дэвид Герролд - Сезон бойни

«Красная книга» (Выпуск 22. 19А)

Нам везло. У Лиз прошло всего полтора дня от середины овуляции. Доктор Майер сделала Лиз какой-то укол для стимуляции гормонов, и спустя три часа у нее созрело шесть яйцеклеток. Времени вполне хватило, чтобы витамин Е оказал на меня нужное действие, хотя Лиз знала лучший способ возбудить мои гормоны, и благодаря ее умелому руководству я справился со своим заданием блестяще. Дядя Аира мог гордиться мною: и выполнил свой долг без единой жалобы.

Вскоре мы все наблюдали за чудом возникновения жизни. Даже в чашке Петри это выглядело романтично, хотя все мы сошлись на том, что старый способ зачатия имеет кое-какие дополнительные преимущества, которые не стоит сбрасывать со счетов.

После этого доктор Майер немного покопалась в чашке Петри, немного поцентрифугировала, немного поска-нировала и на следующее утро с гордым видом сообщила, что наши три маленьких мальчика и три маленькие девочки благополучно лежат в морозилке. Она уже успела договориться о самолете, который заберет их в Амапа, где у нас запланирована остановка. Мы оказались не единственными на борту «Босха», кто неожиданно решил не везти в Бразилию частичку своего генофонда.

Другие тоже сомневались относительно безопасности экспедиции, но доктор Майер не сообщила, сколько насчитывалось таких маловеров. Это было бы нарушением врачебной тайны. Пришлось попотеть над целой кучей бумаг, в основном о правах наследования (согласно прецеденту Купера), на тот случай, если мы положим какие– то деньги на счет эмбрионов.

Уже собравшись уходить, доктор Майер сказала: – О, возможно, вы захотите принять меры предосторожности на ближайшие несколько дней. Я сделаю вам укол, генерал Тирелли… Ну, вы же еще можете забеременеть. Созреет очередная яйцеклетка, и…

– Э… – Мы с Лиз переглянулись. – Почему же вы не предупредили нас об этом вчера вечером?

– Понятно. – Улыбка доктора Майер застыла. На лице появилось профессиональное выражение. – Если желаете, я могу кое-что сделать.

Лиз бросила на меня быстрый взгляд, ее нижняя губа подрагивала в нерешительности, по-гом она покачала головой.

– Нет. Если я попалась, так тому и быть. Пройдем весь путь до конца.

– Вы уверены?

– Уверена. – Лиз тихонько просунула свою руку в мою. Я крепко сжал ее и почувствовал ответное пожатие. – Нам хочется ребенка. В любом случае мы планировали сделать это после окончания экспедиции, но получилось на месяц раньше. Какая разница?

Доктор Майер посмотрела на нас обоих: – Ну, тогда примите мои поздравления.

Она пожала нам руки и побыстрее выпроводила вон, не испытывая особой радости.

Снаружи, в коридоре, я остановил Лиз и повернул лицом к себе. Она, не так истолковав мое намерение, прильнула ко мне в страстном поцелуе, что, между прочим, было гораздо лучшей идеей, чем моя. Сердце мое растаяло, и я позабыл большую часть из того, что собирался сказать. Я просто крепко прижимал ее и наслаждался мгновением.

Когда она наконец оторвалась, чтобы перевести дух, я посмотрел в ее сияюшие глаза и выдал банальность: – М-м-м, мне нравится целовать тебя.

– Больше, чем мальчиков?

Она дотронулась кончиком пальца до моего носа.

– Господи, всего-навсего отряд бойскаутов, а ты попрекаешь меня им всю жизнь. Да, – прибавил я. – Больше, чем мальчиков. Ты довольна?

– Довольна.

Она опять прижалась к моим губам. Спустя столетие или два сладкой жизни я резко оторвался от нее и спросил: – Эй, что все это означало?

– Что «все это»?

– Взгляд доктора Майер. Она как будто не одобряет, что ты забеременела.

Лиз на секунду отвела глаза, а когда снова посмотрела на меня, на ее лице появилось задумчивое выражение. Взяв меня под руку, она пошла по коридору.

– Если я возьму отпуск по беременности, это пробьет большую брешь в организации.

– Знаешь, как пишется «вакуум»!?

– Как Уэйнрайт?

– Как Уэйнронг1, – вздохнула она. – Так его прозвала доктор Зимф. – Лиз увлекла меня за собой из коридора, через зал для совещаний, в свой личный кабинет. Она закрыла за нами дверь и нажала накрасную кнопку, автоматически запирающую комнату и проверяющую ее на наличие «жучков».

– Присядь, Джим, нам надо поговорить.

1 Игра слов: по-английски фамилия Уэйнрайт (тележный мастер, каретник) дословно звучит как «исправная телега», а Уэйнронг – как «неисправная телега». (Здесь и далее прим, пер.)