Софья Непейвода - Первые шаги

С утра пораньше опекун проводил меня до нового места жительства, но сам не остался даже на завтрак. Велел разбираться самой и ушёл (или сбежал?) на работу, оставив на попечение второй химере. От такой несправедливости (всё-таки я у него живу дольше и наверняка ориентируюсь не хуже) стало немного обидно. Ну да ладно, там разберёмся.

Нынешняя квартира Шаса больше всего походила на старый бункер или бомбоубежище. Она располагалась в другой части города на подземном (и отнюдь не минус первом) этаже. Но низких потолков или затхлости не было вообще. Толстые, плотные стены, массивные металлические двери, краны и канализация — всё сделано очень крепко, основательно, как на века, но без малейшей доли домашнего уюта. Потолки высокие, да и площадь квартиры раза в полтора больше, чем прежняя, хотя комнат, как и там, только две. Радует, что сухо, температура комфортная и света вполне достаточно или даже больше — как в солнечный день. А вот окон или обманок под окна нет вовсе: вентиляция выглядит именно как ни под что не замаскированная решётка — такая, что лев не проломится, не то что человек. Даже мебель монументальная, под стать квартире.

Зато выяснилось, что именно в прежнем помещении принадлежало Шасу: деревянный стол с креслом, гамак, ковёр, постельные принадлежности и компьютер. Здесь любимая мебель опекуна тоже сильно выбивалась из окружающей обстановки, но это уже не удивляло. Как-никак, Шас жертвует своим удобством ради того, чтобы создать условия зависимому от него него существу — это достойно уважения, а не насмешки.

К тому времени, как я завершила осмотр квартиры, удалось понять, почему Шас переехал именно в такую «крепость». Вторая химера уже успела пробежаться по шкафам на кухне и теперь висела вниз головой, каким-то чудом зацепившись ногами за выступы осветительных приборов на потолке большой комнаты. Я остановилась в дверях, внимательнее осматривая соседа по квартире, он, в свою очередь, тоже изучал меня. Сейчас мужчина выглядел совсем не похожим на самого себя в институте. За те два месяца, пока мы не виделись, шрамы сошли, а волосы отросли почти до пят (ну или до пола, когда он висит на потолке). Да и в остальном хорошо выглядит. Здоровым. Я невольно поёжилась, когда взгляд снова скользнул к волосам — почему-то они вызывали смутный страх. Блестящие, чёрные и толстые. Слишком толстые волосинки для нормальных. Как проволока. Словно в ответ на пристальное внимание, по «волосам» будто волна прошла. Они шевелятся! Если вначале шевелюра спокойно свисала до пола, то теперь она двигалась. Отдельные «волосинки» изгибались, закручивались в кудри, причём создавалось впечатление, что каждая шевелится сама по себе — как тонкие черви или нечто подобное. Невольно передёрнув плечами, поняла, что именно эта неестественность и вызвала страх. До медузы-горгоны, может, и не тянет, хотя вряд ли впечатление менее сильное. Если эти… это нечто шевелится, значит, оно — не волосы. Внутри вспыхнуло раздражение: гораздо легче принять какого-нибудь незнакомого монстра, чем извращённую подделку под человека или даже гуманоида.

Закрыв глаза, несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Здесь не Земля, и никто не будет считаться с моими представлениями о правильном или естественном. Надо принимать реальность такой, какая она есть, и не обманывать саму себя.

Псевдоволосы оказались не единственным выбивающим из колеи фактором. Сильно изменилось поведение: вместо неестественно спокойного и предельно правильного, теперь оно казалось безалаберным, похожим на действия ребёнка или игривого животного. По крайней мере, несерьёзным. Ну какой взрослый человек станет скакать по мебели или вот так висеть на потолке?

— Ты можешь вести себя по-человечески? — не выдержав, поинтересовалась я у невольного соседа.

Тот ненадолго задумался, и волосы зашевелились активней, то свиваясь в кудри, то вытягиваясь так, что концы пучками проволоки ложились на пол.

— Это… — мужчина неопределённо покрутил кистью, — могу, но недолго. А ты можешь вести себя по-чиртериански? — склонив голову на бок, простодушно спросил он, глядя наивными, как у котёнка, глазами.

Я смутилась и невольно отвела взгляд. Неудобно получилось. Одной невинной фразой пристыдил и поставил на место.

— Нет. Даже не представляю, как это, — призналась собеседнику. — Но ведь ты не чиртериан, а химера.