Гай Смит - Лагерь

- Но я не хочу сидеть в такой чудесный вечер в душном кинотеатре как тринадцатилетняя, которую взяли в кино родители. Мне уже семнадцать, и почти все девушки в этом возрасте ходят на диско одни. Ты такая старомодная, мама. И вот еще что: я уже переросла эти глупости типа "папочка и мамочка". Тебе понятно?

- Хорошо, - Рут взяла поднос, пошла к двери спальни. - Но не попади в какую-нибудь неприятную историю. Папа... твой отец сейчас не в состоянии перенести неприятности, у него достаточно своих деловых проблем.

Сара доедала тост. Пора ей поставить себя перед родителями, но одно ясно и сейчас: они не запретят ей сегодня вечером уйти. У нее было свидание, и мысль об этом приводила в волнение все ее молодое тело. Она ходила в бассейн, а на обратном пути встретила этого огромного бронзового мужчину; мускулы выступали на всем его теле, а из-за его огромной бороды Сара не могла определить его возраст. Она решила, что ему, вероятно, под двадцать пять. Только в лагерях отдыха можно так легко завести разговор.

- Привет! - он пошел рядом с ней. - Хочешь мороженого?

Она не хотела так рано утром есть мороженое, но все же позволила ему купить ей порцию. Он выглядел таким зрелым, Норман по сравнению с ним показался бы школьником.

- Что ты делаешь вечером?

Они дошли до газетного киоска, и Саре не очень хотелось, чтобы он провожал ее до шале. В отношении родителей следовало проявлять дипломатичность.

- Ничего особенного, - она нервничала, была напряжена. - Я тут с предками.

- А почему бы тебе не оставить их вдвоем? Я бы тебя покатал на лодке по озеру, идет? - он ловко скрутил сигарету, поднес к губам и чиркнул спичкой. Его темные глаза пристально наблюдали за ней.

- Хорошо, - она поборола угрызения совести. А ну их всех - и родителей, и Нормана. Да он и не появится до завтрашнего дня. И она не его собственность.

- Прекрасно. Около девяти тогда. Как тебя звать?

- Сара.

- Красивое имя. Меня зовут Ал.

- Буду ждать тебя вечером, Ал.

Она лениво подумала, как будет его имя полностью - Алан или Альберт. Иди как-то еще. Да какая разница! Потом она поспешила в свое шале, взволнованная этой встречей. В течение двадцати минут ей назначили свидание, и ей удалось освободиться от скучного вечера в кино с предками. Но до вечера так долго ждать!

- Твой отец слишком много работает, - Рут Мейс вернулась в кухню, закрыла за собой дверь и заговорила приглушенным голосом. - Он с первого дня здесь неважно выглядит.

- Да и ты выглядишь не очень, мама, - сказала Сара. - Ты бледная, как привидение. Может быть, у тебя что-то с желудком?

- Меня тошнит, - мать опустилась на стул, закрыла лицо руками. - О, Сара, меня тошнит каждое утро. - Ее охватил стыд, но она просто не могла с этим одна справиться. Раньше она боялась другого - отчаяния дочери, что та беременна. Годы чрезмерных предосторожностей, которым ее обучала мать, попыток заглушить удовольствие, получаемое от секса, все это привело к тому, что она не испытывала никакого удовлетворения. Психосоматическое явление. И вот что из этого вышло.

- Мама, но ты не... - Сара не знала, смеяться ей или плакать. Это было невероятно, просто глупо.

- Да, - Рут Мейс посмотрела на дочь. Под глазами у нее были темные круги, пальцы вцепились в спинку стула, чтобы не упасть, если она потеряет сознание. - Это вина твоего отца, Сара. Из-за него я забеременела!

Тем временем Гвин Мейс одевался в спальне. Его депрессия и страхи исчезли - он силой воли отодвинул их в самые отдаленные уголки сознания. К черту завтра, он собирается жить сегодняшним днем. Это будет незабываемый отдых, и он не желает, чтобы Рут портила его. Если она не позволит ему никаких вольностей, он быстро найдет женщину, которая пойдет на это.

Глава 10

Профессор Мортон провел первый час своего рабочего дня в своем офисе, просматривая последние данные об экспериментах с Ц-551. Согнувшись над столом, он курил, выбивая трубку в пепельницу и вновь наполняя ее табаком, не отрывая глаз от листа бумаги. Великолепно, просто великолепно.

Эвансы все еще планировали свой поход на юг в поисках более теплого климата, но пока они так и не рискнули выйти из шале. Было бы интересно понаблюдать, если они на это решатся; они были типичными представителями унылого и нелюбопытного рабочего класса, решил он, боятся нарушить обычный порядок вещей. Но из запасы, конечно, скоро кончатся, и им придется что-то предпринять.

Алан Джей и его подружка выходят в лагерь по отдельности. Тайные походы, пока другой спит. Но они всегда возвращаются в свое шале номер 24, потому что это единственное место, где они чувствуют себя в безопасности. Двое любовников, ставшие чужими друг другу. Но все же они не расстались. Как-то раз он грубо обошелся с ней, за ними необходимо тщательно наблюдать. Сейчас, однако, кажется, ладят. Она убеждена, что она шлюха, он вообще не знает, кто он такой. Пока у него есть наркотики, ему все равно.