Юрий Слобода - Советский бог Сталин

Отец Уинстона полностью ушёл в политическую деятельность, маман поглотила светская жизнь. После рождения Уинни передадут кормилице и няне, а затем гувернантке на воспитание. Малыш был любознателен в том, что его могло заинтересовать. Например, он узнал, что молоко даёт корова, а не получается из воды и взбитых сливок мадам Эверест. Гуляя с ней в парке, он с удивлением узнаёт, что кусты и деревья, приведённые садовником к различным геометрическим формам, растут из земли, а не создаются им самим. И милая женщина подтверждала:

– Всё, что ты видишь вокруг себя, Уинни – это сад Англии, который подарил нам Господь. С детства, в понимании юного Уинли создалось мнение, что добрый Господь любит только Англию, как Уинли свои игрушки, а прочие страны и государства должны быть в услужении Англии, как его прислуга.

Детство денди, в целом, проходило, как бесконечный праздник, хотя, как и на праздниках, наказывают за шалости. У маленького Уинни были великолепные игрушки. Была своя лошадка с седлом, на которой он катался. Но больше всего ему нравились оловянные солдатики, которыми он командовал. Большие, почти как он, и маленькие. Был здесь рыцарь, сэр Хью Калвли, вассал Ричарда II, солдаты Кромвеля, пехотинцы и конные Георга III, прочие воины в миниатюре с моделями пушек на полевом лафете. Подобных солдатиков имели в своих коллекциях императоры Европы и… маленький сэр Уильям тоже, который совершал воистину сражения с императорским размахом. В семилетнем возрасте его отправили в элитную школу, где воспитание достойного джентльмена было превыше всего. Это была одна из самых дорогих и привилегированных лондонских школ. Обучалось всего несколько классов до десяти учеников в каждом. Здесь были площадки для игры в гольф, футбол и крикет и большой плавательный бассейн с небольшим садом, за которым ежедневно ухаживал садовник. Все преподаватели были в вычурных строгих мантиях и квадратных магистерских шапочках. Всё здесь должно быть по правилам и инструкциям, малейшее нарушение которых, каралось.

В традициях старой доброй Англии воспитанников пороли буквально за всё. В этих стенах некогда пороли и юного лорда Байрона. Уинстон не был исключением, и он неоднократно подвергался наказанию розгами. Для сверстников видеть порку юного аристократа – особо поучительно, а отметины лозины на его заднице достаточно наглядно запечатлены, как результат правильного воздействия за нарушения правил поведения в данном учебном заведении. Демонстрация наказания, как ритуал. Вот Уинни с достоинством идёт со спущенными штанами и спокойно ложится на своё место. Он не раз уже здесь побывал и ему известны правила порки. Экзекутор приступает, но Уинни не издаёт ни звука. Зрители, такие же школьники, переводят взгляд с розги на красный зад. Учитель уже выбивается из сил, но Уинни молчит. Розга жжет все чувствительнее, всё отчётливее проявляются красные полоски. Уинни стиснув зубы, извивается от боли, но в конце концов, вскрикивает: «Ой!» Слышится гул среди наблюдающих, розга таки заставила проявить себя. Однако, больше такого они не услышат. Экзекутор устает раньше, на лбу блестят капли пота… Уинни встаёт, с поротой задницей, с полными слез глазами и взглядом, в который просматривается упорное пренебрежение к наказанию. Спокойно натягивает штаны и не спеша выходит, окруженный толпой мальчишек, которые идут следом за своим героем.

– Уинни, больно было?!

Он даже не поворачиваясь, процедил сквозь зубы приятелю Роджеру:

– Не разобрал…

А вот в изучении латинского и греческого дальше алфавита дело не пошло. У преподавателя латинского он вежливо поинтересовался:

– Сэр, удовлетворите моё любопытство, в какой стране разговаривают на этом языке?

Чопорный англичанин слегка смутился.

– Знаете ли, латинский язык – это язык древних римлян.

Видя разочарование мальчика, он быстро добавил:

– В наши дни латинский язык является официальным языком Святого Престола, Мальтийского ордена и города-государства Ватикан.

Уинни немного подумал, потом произнёс:

– Сэр, хочу заявить вам при всём уважении, что в ближайшее время я не собираюсь покидать пределы королевства и, к тому же, не готов для столь ответственной миссии посещения Ватикана и главы Святого Престола.

Преподаватель начинал медленно выходить из себя, теребя страницу учебника.