Лев Ленчик - Четвертый крик

Не заикнувшись даже об этих пикантных деталях, Даймонт утверждает: «Волна патриотизма и религиозного пробуждения охватила весь народ. На волне этого эмоционального воодушевления Иошияху без труда разделался (курсив мой — Л.Л) с идолопоклонством, запретил культы Ваала и Астарты и провел ряд социальных реформ… Отныне евреи сами, добровольно, по внутреннему побуждению возложили на себя обязанность и готовность подчиняться авторитету Книги».

В этой добавке современного, эйфористически настроенного историка я лично не вижу никаких противоречий фактам, дошедшим до нас из древности. Если хочешь разделаться без труда, тебе не обойтись без всенародного патриотического воодушевления и добровольной готовности подчиниться. В свете этой замечательной диалектики, к которой прибег великий царь в своей политической деятельности, не только не исключено, а вполне вероятно, что именно он и явился инициатором создания Второзакония в целях поднятия народного духа.

Эффект обновления и пробуждения был, в самом деле, ошеломляющим, но не надолго. Идолопоклонство и борьба с ним, а также подстегивание несознательной части населения сознательной подчиняться авторитету Книги продолжались и впредь, и, как прежде, волнами: то на энтузиазме и пафосе, то с халатностью и попустительством. При этом, мало кто в Иудее понимал, что увлечение строительством религиозным («Книга — наша слава боевая!») идет в ущерб государственному и может пагубно аукнуться в делах обороны и внешней политики, как это случилось в Израильском царстве. Мысль вождей не переставала вертеться вокруг «постановления» Всевышнего о гибельном изгнании и надежды на то, что только Он и может спасти — т. е. вокруг проблем сугубо духовно-идеологических.

Царю Иошияху наследовал его сын Иоахаз, по словам Флавия, «безбожник и человек гнусного характера». Процарствовав всего 3 месяца и 10 дней, он обманным путем был захвачен в плен царем Египта, который на его место поставил его сводного брата Иоакима (Елиакима).

Этот тоже оказался «несправедливым и злонамеренным, ни отличавшимся ни религиозностью, ни гуманностью». Бездарно играя на конфликте между Египтом и Вавилоном, он устроил гонения на пророка Иеремию, который правдиво ему на это указал и предрек, в связи с такой близорукой политикой, гибель всей страны. Результат не заставил себя долго ждать. Вавилонский царь Навуходоносор, заподозрив евреев в поддержке египтян, без труда вошел в столицу, перебил «сильных и красивых» иерусалимцев, вместе с Иоакимом, и поставил на еврейский престол сначала его брата Иоахима (Иехония), а потом его дядю Седекия, которому и суждено было стать последним царем Иудеи (598–587 гг. до н. э.).

Иосиф Флавий отдает много страниц описанию борьбы между великим подвижником нашего народа пророком Иеремией, требовавшим во имя сохранения нации безоговорочного выполнения договоров с могущественным Навуходоносором, с одной стороны, и государственными бездарями и воинствующими патриотами, тянувшими страну в бездну тайного союза с Египтом — с другой (см. также Книгу Пророка Иеремии в Библии). Чего только они ни делали, чтобы сломить волю упрямого и трезвого старца! Над ним насмехались, его травили, называли сумасшедшим, обвиняли в том, что он собирается перебежать на сторону вавилонян. По ложному обвинению в предательстве его подвергли пыткам и бросили в темницу, требуя его казни. Получив от царя отказ на казнь, старейшины все же погрузили его по шею «в яму, наполненную грязью, дабы он в ней задохся».

А между тем, вина Иеремии была лишь в том, что он понимал, что, если Седекия нарушит договор с Навуходоносором, могущество которого превосходило силы египтян и евреев, взятых вместе, Иудея, ее столица и храм будут сравнены с землей. Ясно, что такая позиция была патриотам не по нраву. И к несчастью, их голос восторжествовал. Позиция же пророка не возымела успеха даже уже в осажденном Иерусалиме, когда в предвидении самоотверженного мудреца только абсолютный фанат мог сомневаться.

Ворвавшись в город и захватив царя, взбесившийся Навуходоносор начал с лекции по основам морали царю Седекию. Он упрекал поставленного им же на престол еврейского царя в клятвопреступлении, нарушении благочестия и в черной неблагодарности. Потом тут же, в присутствии Седекия, перерезал его сыновей и приближенных, ему же самому выколол глаза и закованным отправил в Вавилон. После этого царский дворец, храм и весь город были разграблены, сожены и сравнены с землей, а народ угнан в плен.