— Инвестиционный фонд Baring Vostok в свое время купил девять процентов акций вашей компании, вам нужен был дополнительный капитал?
— Не только. Действительно, в тот момент мы осуществляли плановое расширение нашей группы компаний. Но не менее ценным мы считали опыт такого финансового партнера. Мы тщательно выбирали, кто нас проинвестирует, рассматривали разные предложения. Предложение «Беринга» мы приняли, прежде всего опираясь на рекомендации. Например, мы спрашивали на этот счет мнение «Яндекса». Раз они с «Яндексом» хорошо отработали, пусть с нами теперь поработают. И для них это тоже нормально — соинвестировать лидеров тех или иных современных направлений: «Яндекс», ЦФТ, «Озон».
— В прессе давались оценки, что сумма сделки составила около 200 миллионов долларов, то есть вашу компанию оценивали в два миллиарда.
— Мы не комментируем эти оценки.
— А показатели продаж вы называете?
— Вот теперь нет. Раньше мы эти цифры показывали, а сейчас переходим к внешнему международному аудиту, и у нас есть четкая рекомендация: сформируйте методику по МСФО, сформируйте цифры, аудиторы посмотрят, и потом вы можете их публиковать или не публиковать. А то вдруг аудиторы другое насчитают, и показатели разойдутся, это будет не очень хорошо.
— Помимо выхода на IPO всех сейчас волнуют ваши планы освоения иностранных рынков. Насколько эти планы масштабны?
— Разговоры о том, что 1С начинает зарубежную экспансию, несколько преувеличены, мы никогда не объявляли, что вот завтра завоюем весь мировой рынок. Но спрос на наши продукты за рубежом реален. На первом этапе речь идет о российских компаниях, которые расширяют свой бизнес за границей. Вот сейчас меня преследуют партнеры: мол, свое предприятие в Китае открываем. Но насколько большим окажется спрос за рубежом? Мы сейчас пытаемся нащупать разные модели. Все-таки в разных странах разный менталитет и разные подходы к бизнесу. Не имея ни суперрепутации за рубежом, ни большого международного опыта, выходить на внешние рынки непросто. У нас ощущение, что подход 1С более востребован в странах с быстроразвивающейся экономикой, где так же, как в России, очень ценится возможность быстро перестроить бизнес-процессы, быстро запустить производство. Так что мы будем смотреть на страны типа БРИКС. Например, недавно мы разговаривали с турецкими партнерами, которые хотят расширять бизнес, разрабатывать свои турецкие решения. Посмотрим, что получится.
— Что вы думаете о состоянии российского ИТ- рынка? На вашей конференции был проведен отдельный круглый стол, где обсуждалось, есть ли на российском ИТ- рынке кризис.
— С моей точки зрения, кризиса на российском ИТ-рынке нет, но есть замедление, которое может быть даже хуже для рынка. Это как с той лягушкой, которую, если бросить в кипяток, то она выскочит из кастрюли. А если посадить ее в холодную воду и медленно подогревать, то лягушка так там и сварится, не почувствовав ухудшения ситуации. В долговременной перспективе спрос на ERP-решения у нас в стране должен расти. Сейчас доля России в мировом ВВП — около 2,7 процента, а доля затрат на автоматизацию предприятий — 1,6 процента от общемировых, мы пока еще «недоавтоматизированы». Так что потенциал есть. Но взрывного роста спроса на ERP в России ожидать не стоит, хотя бы потому, что новых предприятий у нас, к сожалению, создается не так много, как хотелось бы. Мы видим перспективы в двух направлениях. С одной стороны, будет расширяться применение новых технологий и использование новых форм автоматизации — облачные, мобильные решения и так далее. С другой стороны, будет расти интерес к автоматизации для повышения эффективности уже существующих бизнесов. Ведь бизнес в сложных условиях должен повышать эффективность, а автоматизация — один из немногих надежных способов усовершенствовать бизнес-процессы.
Конкурентное противостояние российских и иностранных производителей на отечественном рынке ИТ-решений для предприятий оценивает Илья Юрьев, заместитель генерального директора SAP СНГ:
Читать дальше
