Карбованцы, суворинки, шахтерки...
Национализация и налаживание работы налогово-бюджетной сферы, похоже, являются ключевыми элементами для обеих республик. Их правительства взяли на себя обязательство в предельно сжатые сроки — уже в июне–августе 2014 года — добиться того, чтобы «все материальные и финансовые ресурсы, прежде всего налоговые поступления и валютная выручка крупнейших экспортеров, которые поступали раньше или еще поступают с территории республики в Киев, оставались в распоряжении народа республики».
«Мы намерены национализировать предприятия тех олигархов, которые откажутся от работы с ДНР. А это огромное количество предприятий, которые были присвоены олигархами. “Национализация” очень пугает многих бизнесменов, так что можно сказать, что мы будем вводить внешнее управление», — объяснил «Эксперту» председатель президиума Верховного совета ДНР Денис Пушилин.
Поставлена задача до конца августа создать казначейство республики и государственную налоговую службу для обеспечения собираемости налогов и бесперебойной адресной доставки заработной платы, пенсий, стипендий и иных социальных выплат.
Однако задача налаживания в столь сжатые сроки самостоятельного налогового администрирования юридических и физических лиц таких многонаселенных и экономически весомых областей, как Луганская и особенно Донецкая, сегодня представляется маловероятной. Дополнительная сложность заключается в том, что контроль над рядом крупнейших предприятий региона выведен даже не в Киев, а в зарубежные юрисдикции. В частности, более 90% акций Харцызского трубного завода (Донецкая область) принадлежит голландской компании Metinvest B.V., входящей в империю Рината Ахметова.
Руководству ЛНР и ДНР нужно отдавать себе отчет в том, что первые серьезные попытки прекращения налоговых платежей в Киев и оставления соответствующих средств в самопровозглашенных республиках будут однозначно восприняты украинскими властями как объявление финансовой войны, что повлечет за собой немедленные ответные действия, к которым надо быть заранее готовыми. Все субъекты расчетов на территории этих областей, включая финансовые институты и местные филиалы банков других регионов Украины, могут быть оперативно переведены Киевом на счета с особым режимом платежей. Это значит, что банки могут быть выборочно или поголовно лишены доступа к рефинансированию со стороны Нацбанка Украины, могут быть блокированы или заморожены «внешние» платежи в адрес местных предприятий и физлиц, включая все социальные платежи — пенсии, пособия и др. Понятно, что без заблаговременных контрмер подобные действия приведут к довольно быстрому хозяйственному параличу, а вслед за ним и к социальному хаосу на мятежных территориях с самыми непредсказуемыми последствиями. В то же время надо понимать, что подобные действия означали бы добровольный отказ киевских властей от Донбасса, поэтому в ближайшей перспективе такой шаг со стороны Киева маловероятен.
Опыт Приднестровья, да и самой Украины в 1992–1993 годах, свидетельствует о том, что обособление финансовой системы невозможно без «выгораживания» денежной системы, учреждения собственного эмиссионного центра и введения какого-то подобия местной валюты. Так что в коллекциях постсоветских нумизматов рядом с украинскими карбованцами и приднестровскими суворинками (в первые годы независимости на территории ПМР в обращении находились советские рубли, на которые наклеивались марки с портретами А. В. Суворова) вскоре вполне могут появиться «шахтерки».
В принципе руководство республик отдает себе отчет в том, что сохранить статус-кво в денежных системах подмандатных территорий не удастся. Однако зафиксированный в программах сценарий — до конца 2015 года учредить Национальный банк республики и перейти к совместному (параллельному) обращению украинской гривны и российского рубля — кажется надуманным и прекраснодушным. Никакой пары гривна—рубль в условиях финансово-экономической войны с Киевом поддерживать в обращении не получится. Реально вариантов только два: в ЛНР и ДНР будут находиться в обращении либо пара, состоящая из местной валюты и российского рубля, либо только российский рубль, как это уже происходит сегодня в Абхазии и Южной Осетии.
Есть, правда, еще один, совсем неприятный, сценарий: разрушение денежной монополии в республиках. «Все это проходили во время гражданской войны 1918–1920-х годов, — предупреждает заведующий отделом ИМЭМО РАН профессор Яков Миркин. — Немедленно появлялись местные деньги. В этом сценарии еще будет использоваться рубль как местная валюта. Крупные предприятия будут выпускать свои суррогаты. В силу того что на территориях единая власть не сразу появится даже в отсутствие украинской, будет разноцветье, начнутся “городские” деньги. Еще никто не отказывался от эмиссионной прибыли». Избежать этого сценария сможет только сильная, централизованная, легитимная власть в республиках.
Читать дальше
