Зеев Бар-Селла - Сюжет Бабеля

_____________________

Однажды утром, проснувшись, генерал подумал: все тюфяки, большевики — настоящие люди. Подумал и заснул снова, довольный своими мыслями.

_____________________

Галичка сидит у Ованеса за кассой. Подруги из института служат у нее в лавке продавщицами. Очень весело. От публики нет отбоя. Магазин совсем, как у Абрикосова. Публику все презирают. Подруг зовут Лида и Шурик. Шурик очень веселая, наставляет рога подпоручику. Галичка затеяла ежедневные горячие завтраки. В министерстве продовольствия, где она служила раньше, служащие всегда устраивали горячие завтраки на кооперативных началах.

_____________________

Генерал задумывается чаще.

_____________________

Генерал примиряется с дочерью. Генерал каждый день ест шоколад. Галичка нежна и хороша необыкновенно. Ованес завел себе николаевскую шинель. Генерал удивляется тому, что никогда не интересовался грузинами. Генерал изучает историю Грузии и кавказские походы. Бурышкин забыт.

_____________________

Городская управа выдала кету. Пенсию заплатили керенками.

_____________________

Весна. Галичка с отцом проезжают по Невскому в экипаже. Бурышкин бродит в рассуждении — чего бы поесть. Хлеба нет. Старику обидно.

_____________________

Бурышкин решает купить гузинаки для умерщвления аппетита.

_____________________

Лавка Ованеса полна народа. Фельдшер стоит в хвосте. Лида и Шурик презирают его. Генерал рассказывает Ованесу анекдоты и хохочет. Грузин снисходительно улыбается. Бурышкин в ничтожестве.

_____________________

Ованес не хочет дать фельдшеру сдачи с керенки. А у Ованеса есть мелочь.

— Декрет насчет сдачи читали? — спрашивает Бурышкин.

— Наплевал я на декреты, — отвечает грузин.

— И у меня мелочи {370} , - шепчет Бурышкин.

— Коли нету — отдавай гузинаки.

— А в красную армию не хочешь. {371}

— Наплевал я на красную армию…

— Ага!

_____________________

Бурышкин в штабе. Бурышкин рассказывает. Комиссар отряжает 50 человек.

_____________________

Отряд в лавке. Шурик в обмороке. Побледневший генерал трясущейся рукой с достоинством водружает пенснэ.

_____________________

Обыск у Ованеса. Найдены: мука, крупа, сахар, золото в слитках, шведские кроны, сухие яйца «Эгго», подошвенная кожа, рисовый крахмал, старинные монеты, игральные карты и парфюмерия «Модерн». Все кончено.

_____________________

Ованес сидит. По ночам ему снится, что ничего не случилось, что он находится в ресторации Пальмира и смотрит на женщин.

_____________________

Бурышкин исполнен энергии. Он — свидетель.

_____________________

Аборт у Галички прошел благополучно. Она слаба и нежна. Муж Шурика поступил инструктором в красную армию, участвовал в каких-то боях на внутреннем фронте, получает фунт хлеба в день, очень весел, вернулся с нехорошей болезнью. Шурик лечится у дорого {372} врача и капризничает. Подпоручик говорит, что теперь все больны.

_____________________

Генерал сводит знакомство с провизором Лейбзоном. Генерал слаб, исхудал. Ему начинает нравиться еврейская предприимчивость.

_____________________

Не оправившуюся от болезни Галичку навещает Лида. Она подурнела, служит секретаршей в Смольном, на нее очень действует весна. Она говорит, что женщине трудно устроиться теперь. Железные дороги не действуют, нельзя поехать в деревню.

Бабъ-Эль

Легко заметить, что текст повествования графически расчленен (при републикации межстрочные черточки были заменены пробелами). Как это понимать? Перечитаем фельетон и убедимся, что отделены друг от друга не реплики действующих лиц, а эпизоды. А это значит, что перед нами не фельетон, не пьеса, а киносценарий!

Тогда дополнительный смысл обретает и подзаголовок: старому жанру пьесы («Диалог») противопоставлено «Нечто современное» — кинематограф. И Бабель (пока обращая все в шутку) делает первый шаг в эту неведомую для себя область.

Давно ходит слух, что в последние годы жизни Бабель писал (и, скорее всего, не дописал) роман о чекистах. А самые догадливые говорят даже, что роман этот и стал причиной ареста и казни писателя… Вот только ничего конкретного по этому поводу (даже название романа) никто сказать не мог.

Так что нетрудно представить себе волнение исследователя при встрече с человеком, который знал подробности…