Зеев Бар-Селла - Сюжет Бабеля

«о ффицианта» > «о фицианта»

В том же 1928 году текст первого издания был перепечатан {435} в сборнике «И. Э. Бабель: Статьи и материалы» {436} . К работе над этой версией автобиографии Бабель был, очевидно, не причастен, отметим лишь три ее особенности, поскольку они увековечены в неприжизненных изданиях.

Пропуск фразы: «Это было веселое, распущенное, шумливое, разноязычное училище» — и два случая изменения порядка слов:

«с литературой у меня ничего не выходит и что пишу я удивительно плохо» — «я пишу»; «служил <���…> в Одесском Губкоме, был репортером в Петербурге и в Тифлисе, был выпускающим в 7 советской типографии в Одессе и проч.» — «в Одесском Губкоме, был выпускающим в 7-й советской типографии в Одессе, был репортером в Петербурге и в Тифлисе и проч.»

Но уже полвека известно о существовании еще одного варианта бабелевской автобиографии {437} — хранящейся в РГАЛИ машинописи с авторской правкой {438} . Полностью текст этот до сих пор не воспроизводился {439} .

ЛА

И. БАБЕЛЬ

Родился [в 1894 году] в Одессе, на Молдаванке, сын торговца еврея. По настоянию отца изучал до шестнадцати лет еврейский язык, библию, талмуд. Дома [жилось трудно, потому что] с утра до ночи заставляли заниматься множеством наук. Отдыхал я в школе. Школа [моя] называлась Одесское Коммерческое имени императора Николая I училище.

Это было веселое, распущенное, шумливое, разноязычное училище. Там обучались сыновья иностранных купцов, дети еврейских маклеров, [сановитые] поляки благородного происхождения , старообрядцы и много великовозрастных биллиардистов.

На переменах мы уходили [бывало] в порт, на эстокаду , или в греческие кофейни играть на биллиарде, или на Молдаванку пить в погребах дешевое бессарабское вино. [Школа эта незабываема для меня еще и потому, что учителем французского языка был там м-р Вадон. Он]

Лучше других предметов преподавался [у нас] французский язык. Учитель был бретонец и обладал литературным дарованием, как все французы. [Он обучил меня своему языку, я] Я затвердил с ним [французских] классиков, сошелся близко с французской колонией в Одессе и с пятнадцати лет начал писать рассказы на французском языке. Z[Я писал их два года, но потом бросил: пейзане и всякие авторские размышления выходили у меня бесцветно, только диалог удавался мне.]

[Потом, п]После окончания училища меня отправили [я очутился] в Киев[е]; [и] в 1915 году я очутился в Петербурге. В Петербурге [мне] пришлось [ужасно] худо; [у меня] не было «правожительства», я избегал полиции и квартировал в погребе на Пушкинской улице у [одного] растерзанного пьяного оффицианта. [Тогда в ]В 191[5]б году я начал разносить мои сочинения {2} по редакциям {1}, [но] меня отовсюду гнали, [все] редакторы (покойный Измайлов, Поссе и др.) все убеждали [меня] поступить [куда нибудь] в лавку приказчиком, [но] я не послушался [их] и в конце 1916 г. попал к Горькому. [И вот — я всем обязан э] Этой встрече я обязан всем [и до сих пор произношу имя Алексея Максимовича с любовью и благовением .

Он] Горький напечатал первые мои рассказы в ноябрьской книжке «Летописи» за 1916 год ([я был привлечен] меня привлекли за эти рассказы к [уголовной] ответственности

Л. 2

по 1001 ст.), он научил меня [необыкновенно] важным вещам, и потом, когда выяснилось, что два-три сносных [моих] юношеских опыта были всего только случайной удачей, и что с литературой у меня ничего не выходит и что пишу я удивительно плохо, — Алексей Максимович отправил меня в люди. [И я н] За семь лет — с 1917 по 1924 — [ушел в люди] много пришлось узнать. [За это время я]Я был солдатом на румынском фронте, потом служил в Чека, в Наркопросе , в продовольственных экспедициях 1918 г., в северной армии против Юденича, в 1-й Конной армии, в Одесском Губкоме, был репортером в Петербурге и Тифлисе, был выпускающим в 7 советской типографии в Одессе и проч. И только в 1923 г. я научился выражать мои мысли ясно и не очень длинно. [Тогда я вновь принялся сочинять.] Начало литературной [моей] работы [я] отношу, поэтому, к [началу] 1924 г., когда в [4-й книге] журнал[а]е «Леф» появились [мои] рассказы «Соль», «Письмо», «Смерть Долгушова», «Король» и др.

За два года были написаны «Конармия» и «Одесские рассказы». Потом снова настала для меня пора странствий, молчания и собирания сил. Я стою теперь перед началом новой работы.