Карл Проффер - Ключи к Лолите

Среди репетиций случилась одна совсем особенная… о сердце, сердце!.. был в мае один особенный день, полный радостной суеты — но все это как-то прошло мимо, вне моего кругозора, не задержавшись у меня в памяти, и когда уже после, к вечеру, я опять увидел Лолиту… меня так поразила сияющая нежность ее улыбки, что я на миг поздравил себя с окончанием всех моих печалей. [с. 248]

Это прерывистое, с придыханием "о сердце, сердце!" возникает здесь только потому, что Гумберт в момент, когда он пишет эти строки, понимает (но раньше он об этом не догадывался), что после этой особенной репетиции Лолита и Куильти стали любовниками и что ее новая лучезарная улыбка относится к Куильти — и будет всегда ассоциироваться с ним в дальнейшем — в Касбиме, Чампионе и Уэйсе. Этот блестящий, великолепный пассаж заканчивается так:

"Скажи", спросила она, "ты, может быть, помнишь, как назывался отель — ах, ты знаешь какой отель (нос у нее сморщился), ну, скажи — ты знаешь, — там, где были эти белые колонны и мраморный лебедь в холле? Ну, как это ты не знаешь (она шумно выдохнула) — тот отель, где ты меня изнасиловал? Хорошо, не в том дело, к чорту. Я просто хочу спросить, не назывался ли он (почти шепотом) — "Зачарованные Охотники"? Ах, да (мечтательно), в самом деле?" И вдруг, с маленьким взвизгом влюбленного, вешнего смеха, она шлепнула ладонью по глянцевитому стволу и понеслась в гору, до конца улицы, и затем покатила назад, в позе совершенного покоя, держа ступни, одну выше, другую ниже, на неподвижных педалях и забыв одну руку на колене, не прикрытом ситцевой юбкой. [с. 248–249]

Очевидно, Лолита уже обнаружила взаимосвязь, которую Гумберт распознает гораздо позже. Однако он снова в начале следующей главы привлекает наше внимание к этой особенной репетиции, словно намекая, что читателю есть над чем подумать:

…(и около недели после той особенной репетиции, на которую, как и на прочие, я не был допущен)… [с. 249]

Вскоре после этого в пятницу, когда Гумберт играл в шахматы с Гастоном Годэном, раздается телефонный звонок от мисс Ламперер, лолитиной учительницы музыки. Она сообщает Гумберту, что Лолита пропустила два урока подряд — в прошлый вторник и нынче. Бедный Гумберт в ужасе думает, чем занимается Лолита. Он поражен и продолжает партию автоматически. В этом состоянии он по оплошности отдает ферзя [т. е. королеву] Гастону, как Германн Чекалинскому. Думаю, это символически означает, что он отдает Куильти свою настоящую королеву, свою принцессу. В символическом плане шахматный ферзь — это Лолита, а Гастон — Куильти. Во время одной из предыдущих партий, когда Лолита танцует внизу, Гастон, по словам Гумберта, путает "эти отдаленные стуки с ужасными ударами, наносимыми ему тараном моего грозного ферзя" (с. 224). Заметьте, что, когда раздается телефонный звонок, Гумберт «случайно» называет Гастона «Густавом» (с. 249). [45]Густав Трапп — это одно из имен-масок Куильти {98}. Когда Гумберт сердито спрашивает Лолиту, где она была вместо урока музыки, та придумывает ловкое оправдание:

…и только сказала d'un petit air faussement contrit, что она, конечно, очень скверная девочка, но было просто невозможно противиться соблазну, и вот она потратила эти часы музыки — о читатель, о мой читатель! — на то, чтобы разучивать с Моной в городском парке волшебно-лесные сцены пьесы. [с. 250]

Этим восклицанием "о читатель, о мой читатель!" Гумберт хочет привлечь наше внимание к лживости Лолитиного оправдания. «Соблазн», которому она не в силах противиться, — это соблазнительная возможность встречи в лесу (или в другом месте) с Моной, она же бродяга-поэт, т. е. Клэр Куильти, автор "Зачарованных Охотников".

Теперь, когда Куильти и Долорес стали любовниками, она намеревается уехать из Бердслея. Не подозревая об истинных мотивах, Гумберт радуется и удивляется ее желанию. Лолита настаивает, чтобы он разрешил ей самой выбирать маршрут их продвижения — с целью тайно пересекаться с путем следования Куильти. Гумберт с Лолитой уезжают из Бердслея: «Когда мы поравнялись с "Новой Гостиницей", она вдруг усмехнулась» (с. 256). Можно предположить, что Лолита усмехнулась, потому что Куильти останавливался в этом отеле и, возможно, она была в его номере. Затем у светофора рядом с машиной Гумберта останавливается Эдуза Гольд:

"Как вам не совестно отрывать Долли от спектакля, вы бы послушали, как автор расхваливал ее на репетиции — " "Зеленый свет, болван", проговорила Лолита вполголоса… [с. 256]

Лолита явно хотела, чтобы Гумберт поскорее тронулся с места, пока Эдуза не выболтала гораздо более взрывоопасные сведения. Тем не менее Гумберт спрашивает: