К такого рода рискам привык, и, кажется, на моё «самоуправство» привыкло сквозь пальцы смотреть курирующее музей областное начальство. Привыкание к театрализации музея-заповедника, его просторов началось ещё в 1982 году, когда на мелиховском пруду под отрытым небом играли «Чайку» липецкие актёры. Худрук Липецкого театра драмы Владимир Пахомов не удовлетворился однако единственной постановкой, пусть и знаковой. Не одно десятилетие барражировал над усадьбой Антона Павловича Чехова, приземляясь на лужайках, аллеях парка и сада, десантируясь на веранду мемориального дома, Липецкий театр, переиграв в Мелихове весь свой постоянно наращиваемый чеховский репертуар. Однако кому не ведомо, что один, даже очень голосистый, соловей не делает весны.
На монополию липчан не единожды покушались российские и зарубежные театры. Мелиховцы не противились этому, когда приезжали опробовать в мелиховской атмосфере новые постановки по пьесам Чехова театры из Брюсселя, Стокгольма, Берлина. Вместе со своей итальянской труппой набирался в Мелихове чеховского настроения немец-интернационалист Петер Штайн. В 1996 году актёрская сборная пяти московских театров под началом страстного поклонника Чехова, режиссёра Сергея Десницкого, используя музейную материальную базу (жильё, питание, сценическую площадку театрально-концертного зала «Мелихово», реквизит из музейных фондов), играла девять дней подряд спектакль «Дядя Ваня» в честь столетия горячо любимой публикой пьесы Чехова.
В том же, девяносто шестом, году Юрий Мефодиевич Соломин поставил «Чайку». Этот спектакль Малого театра создавался в тесном сотрудничестве с музеем-заповедником. Постановочный коллектив вживался в чеховскую атмосферу музея, что, несомненно, способствовало повышению градуса мемориальности спектакля. В 1997-ом режиссёр Десницкий поставил мою первую пьесу об Антоне Павловиче Чехове – «Известный вам интриган». Спектакль пользовался успехом – на разных театральных площадках он прошёл более ста раз.
Музей исподволь, постепенно, понемногу, превращался в театральный центр. Мне представлялось, что это закономерное следствие огромной притягательной силы личности гениального драматурга Чехова. Именно тогда, в конце девяностых годов, покорённый личностью Чехова, увлечённо создающий одну пьесу за другой (все о Чехове!) стал я испытывать острое чувство ревности к славе Стратфорда-на-Эвоне – города Шекспира. Как же так, там существует всему миру известный музейно-театральный центр, проходят международные театральные фестивали, а чем меньше по значимости Мелихово, где написана «Чайка»? Англичане считают Чехова равновеликим Шекспиру, стало быть, дело за малым – надо создавать в Мелихове чеховский музейно-театральный центр.
Проведённые в конце семидесятых годов раскопки – исследование остатков белокаменного фундамента сгоревшего в советское время дома Вареникова, соседа Чеховых, – дали достоверные сведения о параметрах этого исчезнувшего было с лица земли усадебного помещичьего дома. В нашем музейном архиве хранились фотографии дома Ивана Аркадьевича Вареникова. Ровно таким же объёмом информации о разобранном в двадцатых годах прошлого столетия дома Чеховых располагал архитектор Афанасьев, воссоздавший мелиховское гнездо семьи Чеховых. Помимо романтических устремлений, в моём активе, послужном списке добровольца-строителя, были несколько осуществлённых проектов, которые воплощал в жизнь вместе, рука об руку с талантливым архитектором-дизайнером Игорем Литуринским. Это были девяностые годы, когда у государства денег на строительство не допросишься, поскольку царил сплошной бюджетный дефицит. Директор музея-заповедника, государственного учреждения, то бишь, я, грешный, ходил то с шапкой, то с протянутой рукой и насобирал денежных средств, дарёных стройматериалов, технической помощи столько, что хватило на постройку двухэтажного кирпичного здания научного центра музея. Открывали научный центр торжественно, съехались дарители и сочувствующие, прибыл в полном составе симфонический оркестр Малого театра…
У меня тотчас явилась уверенность в том, что воссоздать дом Варениковых, в котором должен был разместиться театральный учебно-методический центр, нам по силам. Руководитель Малого театра Юрий Соломин заверил, что мелиховский Чеховский учебно-методический центр станет подразделением Высшего театрального училища имени М. С. Щепкина при Государственном академическом Малом театре России. Так бы оно и вышло, не вмешайся в это доброе начинание местнический компонент. Пусть будет в Мелихове музейно-театральный центр, но нашего, областного, а не соломинского, московского, разлива. Музей на бюджете области состоит, так пусть в этом учебно-методическом центре учат театральному уму-разуму наши областные специалисты наших областных актёров и режиссёров. Известно, местничество – тупик. Попадёшь в тупик, потом из него попробуй выбраться.
Читать дальше