Алан Клейсон - Ринго Старр

Ни один мерсисайдский исполнитель старой школы не смог забыть четырех грубых парней, на которых в 1962 году свалилась внезапная слава. Теперь, уйдя в сторону от всей этой музыки, насквозь прокуренной марихуаной, битлы продолжали быть сами собой — особенно Ринго, который, если верить газетам, оставался все тем же «обычным парнем из Ливерпуля. Может, я как–то изменился, но не слишком сильно. Я тот, кем был всегда». Что же представляли собой игры с трансцендентной медитацией, в которые теперь ввязалась группа? По мнению Силлы Блэк, «это все равно что набрать с собой в сортир огромную кипу газет и прочитать их все, одну за другой».

Очень остроумное определение, однако для «The Beatles» это было своего рода духовным транквилизатором после того, как одинокая жизнь Эпштейна оборвалась, по заключению коронера, из–за «не умышленной передозировки» таблеток, микстур и пилюль, которые его врач прописал в излишнем количестве, чтобы бороться с мнимыми и реально существующими заболеваниями. Брайан мог бы не злоупотреблять этими лекарствами, знай он, да и вся группа, о целительных свойствах медитации, ради которой они совершали те поездки. «У нас практически не было времени для сна, и нам определенно требовалась некоторая психическая релаксация». Естественно, глупо было бы искать ее в злачных местах Гамбурга.

В тот уикенд Брайан почти пообещал Джорджу, что присоединится к « The Beatles» и вступит вместе с ними в Международное общество медитации, которое расквартировалось в здании одного из факультетов университета в городе Бангор на морском побережье Уэльса.

«Это выглядело примерно так, — вспоминал Старр. — Если кому–нибудь из нас что–то приходило в голову, остальным ничего не оставалось, как тут же последовать его примеру».

Морин все еще приходила в себя от рождения Джейсона, а Ринго передавал ей проливающие свет истины, которые изрекал облаченный в белые одеяния аскетичный Махеш Прасад Варма, взявший себе псевдоним Махариши Махеш Йоги и в 1959 году основавший британский филиал общества.

Во время коротких ежедневных медитаций Махариши вещал, поигрывая серебристой бородой, что постепенно должны исчезнуть все людские пороки, уступив место состоянию высшего блаженства. Он также обещал, что те, кто пройдет его курс, станут более работоспособными, приобретут жизненные силы и научатся отличать важное от несущественного. Как понял это Старр, «…для людей, которые работают с девяти до пяти, этот курс будет наиболее эффективным, ведь медитировать можно в любое время».

Как бы то ни было, « The Beatles» недолго оставались в Бангоре: они разъехались по домам, чтобы иметь возможность в одиночку осмыслить смерть Эпштейна. Несколько дней спустя Старр сидел напротив мрачного бассейна Джона Леннона и высказывал свое мнение о произошедшей трагедии репортеру журнала Disc: Махариши «сказал нам, что мы не должны падать духом, так как душа Брайана чувствует все наши переживания. Если мы попытаемся быть счастливыми, Брайан тоже будет счастлив… Но все дело в том, что даже здесь нам нельзя быть эгоистичными. Наша депрессия из–за смерти Эпштейна есть не что иное, как жалость к самим себе, поскольку мы страдаем от того, что мы потеряли».

Из уважения к матери Эпштейна « The Beatles» не надели — как они намеревались — на похороны свои хипповские одежды; вместо этого они появились на церемонии в строгих костюмах. На рукавах белой рубашки Ринго красовались бриллиантовые запонки, которые ему подарил на двадцать четвертый день рождения, проведенный в студии на записи выступления на Top of the Pops, «очень благородный человек. Мы стольким ему обязаны. Мы прошли долгий путь рука об руку с Брайаном».

Мистер Эпштейн не слишком одобрял деятельность этого Вармы, да и Ринго в конце концов сознался, что он «не смог доверять Махариши на все сто процентов. Не спорю, он очень большой человек, но он не тот, кто мне нужен». Циничное замечание его дяди: «Ему нужны только твои деньги, парень» — только усилило опасения Старра, которого насторожило требование гуру перечислять львиную долю доходов « The Beatles» на его счет в швейцарском банке. Его светлость также питал благочестивые надежды сделать карьеру в шоу–бизнесе — к тому времени Махариши номинально считался продюсером флейтиста Пола Хорна, одного из его учеников в Европе; он даже попал на обложку одного из альбомов музыканта — «Cosmic Consciousness».