Алан Клейсон - Ринго Старр

Группа никогда не ассоциировалась с каким–то определенным клубом или концертным залом, как, например, «The Swinging Blue Jeans» связывали исключительно с клубом их менеджера, Downbeat, « The Undertakers» — с Orrell Park Ballroom, a «The Delacardoes» (два симпатичных парня в очках) с Green Dolphin. «The Beatles» обитали в Cavern, правда, лишь по четвергам — остальные дни были отведены для джазовых исполнителей. Несмотря на царившую там сырость, духоту и темноту, в Cavern находили прибежище те, кто еле сводил концы с концами или на студенческую стипендию снимали мастерские под крышами викторианских домов к востоку от англиканского собора. « The Beatles» имели опыт общения с такой «экзистенциалистской» публикой, еще работая в Kaiserkeller. По словам Силлы Уайт, «они были неряшливыми, как всегда. Чистыми, но неряшливыми, если вы понимаете, о чем я говорю. Потом я послушала, как они звучат. Честно говоря, думала, что будет хуже. Звучали довольно неплохо».

Не все придерживались этой точки зрения. По мнению Колина Мэнли из «The Remo Four», «звук у «The Beatles» был не фонтан». То же отметили и «Swinging Blue Jean»: «слишком громко, хотя в них что–то есть». Иногда они позволяли себе «делать глупости», исполняя песню собственного сочинения, написанную Ленноном и Маккартни, но, как выразилась Хелена Джойс, «они больше нравились, когда гоняли старые номера «Everly Brothers». Как бы то ни было, время шло, и вскоре на сцене Cavern, кроме бит–квинтета, появились школьники старших классов, продавцы и государственные служащие вроде Силлы, которая прозябала в машинописном бюро компании по производству изоляционных кабелей, располагавшейся на Стэнли–стрит.

В качестве вознаграждения за свои бесконечные походы по клубам и огромное количество купленных ею пластинок Силла получила должность обозревателя моды в Mersey Beat, правда, с мизерным жалованьем. С тех пор как Силла одной веселой ночью взяла в руки микрофон на сцене Iron Door, она пополнила ряды тех «свободных вокалисток», которые выступают сразу с несколькими группами. Танцевальные труппы вроде «The Shimmy–Shimmy Queens», Дот Роун, с которой мог переспать кто угодно (она просто сидела на стуле во время выступления «The Beatles ») , и девушки типа Силлы были глотком свежего воздуха в душном мужском коллективе. Так же как королева красоты Ирэн Хьюз и юная Берил Марсден время от времени пели с « The Merseybeats» и « The Undertakers» соответственно, свингующая Силла предпочитала «Кингсайза» Тэйлора (который в то время был ее бойфрендом) и «The Dominoes». Однако для того, чтобы выступать с другими группами, с которыми общалась Силла или ее друзья, ей требовалось лишь чисто символическое разрешение. Среди этих команд были «The Big Three», «Flamingos» Фэрона и «Rory Storm and the Hurricanes».

Их любимая тональность соль мажор была настолько удобной для Силлы, что в таких вещах, как «Autumn Leaves» или « When I Fall in Love» ее красивый голос лился легко и свободно (пускай она пела немного «в нос»), хотя «Hound Dog» и «Boys» были написаны явно не для нее. Уолли не слишком противился тому, чтобы она спела его «коронные» «Fever» и «Summertime», но зато Ринго всякий раз впадал в ярость, когда Силла покушалась на его любимую «Boys». После долгих споров Ринго пошел на комромисс: «разрешил мне петь эту песню с ним дуэтом, но даже тут он проявил известную вредность. Его микрофон находился за установкой, и, чтобы достать до него, мне приходилось перегибаться через барабаны».

В отместку Ринго пел ее «Swingin' Cyril» и — чья бы корова мычала — критиковал Силлу за ее ужасный «ливерпульский диалект», даже несмотря на то, что с его помощью она легко находила контакт с аудиторией; на все ее справедливые возражения Ринго отвечал:

— Я барабанщик. Я не должен ничего говорить, это твое дело — общаться с публикой.

Свингующую Силлу, как и всех остальных, раздражала манера Старра корчить из себя этакого мудреца, «мы–все–это–уже–проходили», но, несмотря на это, между ней и Ринго установились теплые, дружеские отношения, которые они сохранили и по сей день.

Рори пришла в голову идея взять Силлу в гамбургский Тор Теп (как Джерри взял Фэрона), и Ринго поручили оповестить ее об этом. Вместо того чтобы поговорить с ней наедине, чтобы их не услышал ее строгий отец, Ричи постучал в окно, которое находилось рядом с ее рабочим столом в конторе на Стэнли–стрит. По словам Силлы, ей бы пришлось спрашивать разрешения у своего отца, который был категорически против того, чтобы она потеряла рабочее место. Ее папаша считал своим долгом охранять невинность дочери и следить за тем, чтобы ее не уволили с работы, а потому и слышать ничего не хотел ни о каких поездках.