Роберт Фериньо - Дрожь

— И все равно, ты должен был мне рассказать.

Джимми откинул голову на спинку сиденья и закрыл глаза.

— Я много чего должен был сделать.

Джимми надирал задницу Рэю Каллену. Пусть и не очень впечатляюще, однако он уже практически сделал его, почти победил в драке. Он только-только собирался нанести победный удар, как Даррелл Амалука огрел его сзади учебником по геометрии для восьмого класса. Учебник был толстенным. У Джимми зазвенело в ушах, в глазах потемнело, и он пропустил удар Рэя. Придя в себя через долю секунды, он увидел, как с его губы на майку стекает густая кровь, похожая на томатную пасту вперемешку с вишневым вареньем.

Скрючившись от боли, Джимми попятился назад и повалился в заросли сорняков. Он пытался стряхнуть песок с глаз, а Рэй продолжал мутузить его. Он был старше и крепче и отчаянно дубасил Джимми увесистыми кулаками. Его рыжие волосы растрепались, он тяжело дышал, и Джимми с ужасом заметил, что левый глаз соперника не открывается от набухшей гематомы. Рэй напоминал жуткого циклопа. Утром Рэй Каллен подошел к нему в коридоре и пообещал надрать задницу после школы. Для этого Рэю никогда не требовалось искать повода.

Джимми понял, что от ужасающего одноглазого существа ему не скрыться. Он собрал последние силы и со всей мочи стукнул Каллена коленом. Теперь он мог подняться. Он слышал крики, но не понимал, чьи они — Рэя или его собственные. Он практически встал на ноги, когда Даррелл снова подоспел со своим учебником. Теперь он держал его двумя руками. После удара Джимми не слышал уже ничего, кроме бесконечного гула.

Рэй, постанывая, валялся на траве, а Даррелл пытался вновь раззадорить его.

У Джимми больше не было желания продолжать драку. Он хотел убраться отсюда, поэтому отыскал свой красный велосипед и, когда садился на него, вдруг заметил Джонатана. Тот стоял совсем рядом, в рощице оливковых деревьев, спрятавшись за одним из них. Облокотившись на синий велосипед, он смотрел на брата. Лицо его казалось серьезным и спокойным. Так он выглядел, когда смотрел в микроскоп.

Джимми громко позвал его, и брат медленно, очень медленно улыбнулся. И тогда Джимми понял, что Джонатан был там все это время, видел драку от начала до конца. Специально спрятался в роще и ждал, когда закончатся уроки и Рэй отделает его родного брата.

Джимми вскочил на велосипед и рванул в противоположном направлении. В ушах все еще звенело. Теперь он плакал. Впервые с начала драки. Он ехал, не глядя на дорогу, и сопли и слезы стекали по его лицу.

Джимми стоял на тротуаре и смотрел, как Хоулт уезжает, не обращая внимания на дождь и сильнейший ветер. С побережья доносились звуки шторма. Последние пятнадцать минут они с Джейн ехали в полной тишине. Каждый ждал, что заговорит другой. Большинство женщин обижаются, когда мужчина не желает разговаривать, но только не Джейн. Джимми знал: если сказать ей, что не хочешь говорить, она сочтет это твоей проблемой, а не своей. И они молчали. Тишину нарушал лишь звук двигающихся дворников. Джимми заметил, что их давно пора сменить. Но Джейн, видимо, не успевала этого сделать. Интересно, чем же она была так занята?

Хоулт повернула налево, и Джимми увидел незнакомую машину, припаркованную рядом с его новым домом. Это был большой серебристый внедорожник. Джимми взглянул на дом и увидел Дезмонда, смотревшего на него из окна гостиной. Тот выглядел озабоченным, и Джимми подумал, не пора ли сматывать удочки. Ему совсем не хотелось расстраивать Дезмонда или втягивать его в неприятности. Но он вернулся из Европы без денег, не на что было даже забрать свою машину со стоянки. Ролло дал ему ноутбук и мобильный, а Дезмонд разрешил пожить в комнате сына, даже настоял на переезде. Джимми краем глаза наблюдал за серебристым внедорожником. Как замечательно иметь друзей! Главное, чтобы они всегда оставались живыми.

Джимми собирался переехать от Дезмонда, как только скопит достаточно средств. Дезмонд ничем ему не обязан, просто чувствует себя виноватым из-за смерти сына, Сэмюэла. Его убили. Дезмонд страдал, поскольку Джимми смог сделать хоть что-то, а сам он — нет. Прошло два года после похорон, а отец все еще винил себя в том, что повел себя как отец, а не как полицейский. Джимми понимал — на самом деле стыдиться стоило ему, а не Дезмонду. Однако он не стыдился.

Я хотел бы поблагодарить Дезмонда Террелла, который позволил мне сказать сегодня речь. Я был знаком с Сэмюэлом не так уж и долго, всего пару дней, но мне этого вполне достаточно.