Стивен Фрей - Афера

— Может, присядем? — Барксдейл вел себя слишком гостеприимно. От Фэлкона не укрылось, что он возбужден. Наверное, Чеймберс напугал его. — Давайте-ка по чашечке кофе. — Барксдейл усадил гостей в конце гигантского стола заседаний.

Фэлкон устроился напротив, так, чтобы сидеть с клиентами лицом к лицу.

— Фэлкон, как вы знаете, Уоллеса мы сегодня не ждем. — Барксдейл обратился к гостям: — Он в Токио, ведет переговоры с председателем совета директоров Долгосрочного кредитного банка.

Чеймберс и Прауш величественно кивнули.

— Ладно, давайте к делу, — резко бросил Чеймберс.

— Отлично. — Фэлкон открыл папку с бумагами. — Но извините за прямоту, Девон, нельзя ли для начала услышать несколько слов о вас?

— Фэлкон, в свое время вы все...

— Ничего, — оборвал Барксдейла Чеймберс. Впервые в его взгляде мелькнуло нечто похожее на добродушие. — Долгое время я был председателем правления компании «Дюпон», ушел в отставку шесть лет назад. Потом играл в гольф и много путешествовал, но выяснилось, что этого мало. — Чеймберс сделал паузу, чтобы отдышаться. — Мне выпала удача познакомиться с Вернером и его коллегами, что и позволило вернуться в игру.

Фэлкон вгляделся в старика.

— О Господи, ну конечно же. Вы выступали в Гарвардской школе бизнеса. Я тогда учился на втором курсе аспирантуры.

— Верно, — кивнул Чеймберс, — я там каждый год выступал. Мы у себя в компании старались поддерживать с Гарвардом самые тесные связи, брали на работу и студентов-выпускников, и аспирантов.

— А сами вы тоже окончили тамошнюю школу бизнеса?

— И студентом Гарварда был, — кивнул Чеймберс. — Ну что, теперь перейдем к делу?

Фэлкон перевел взгляд на Вернера. Неплохо бы и о нем знать побольше, но на сей раз он удержался от расспросов. К тому же ясно, что главный тут Чеймберс, поэтому без деталей биографии Прауша можно и обойтись.

Фэлкон раздал собравшимся по небольшому буклету в кожаном переплете.

— Девон, можете прерывать меня в любой момент.

— Не премину. — И словно произнести даже эти два слова ему стоило труда, старик прижал ладонь к сердцу.

Фэлкон набрал в грудь побольше воздуха, но не успел и рта открыть, как Чеймберс закашлялся. Сначала, впрочем, показалось, что он просто поперхнулся и теперь прочищает горло. Чеймберс вынул платок, прикрыл рот и кивнул Фэлкону — начинайте, мол. Но тут же закашлялся всерьез, надсадно, что создавало впечатление, будто легкие у него с треском рвутся. Старик наклонился к столу, выронил носовой платок и, чтобы не упасть, ухватился за край скатерти. Костяшки пальцев у Чеймберса так побелели, словно испарились даже те жалкие остатки крови, что циркулировала еще по венам.

— Кэтрин, Кэтрин, сюда, живо!

Барксдейл и Прауш, вскочив, растерянно оглядывались.

— Кэтрин, таблетки!

Барксдейл и Прауш обменялись непонимающими взглядами. К старику бросился Фэлкон, и, наклонившись над ним, почти прижался к мертвенно-бледной щеке.

— Где? — спросил он.

— В кармане. — Больше Чеймберс не мог выговорить ничего.

В боковом кармане его пиджака Фэлкон нащупал пузырек, быстро вытащил его, бросил взгляд на наклейку с описанием способа применения и повернулся к Барксдейлу:

— Воды! Скорее!

Но тот застыл на месте, словно подошвы башмаков прилипли к пушистому персидскому ковру, и лишь беззвучно шевелил губами.

Наконец ожил Прауш. Он устремился в дальний конец комнаты, где стоял столик на колесах с графином воды. Схватив графин вместе со стаканом, Прауш бросился назад. Фэлкон сунул Чеймберсу под язык две светло-зеленых таблетки и, дождавшись, пока он в очередной раз откроет рот, чтобы откашляться, влил ему в горло воды.

— «Скорую»! — заорал Фэлкон, поворачиваясь к Праушу.

— Нет! — Чеймберс снова надсадно закашлялся. — Не надо, сейчас все пройдет. — Он распрямился.

Прауш растерялся.

— Ну, чего ждем? «Скорую»! — снова выкрикнул Фэлкон.

Чеймберс крепко схватил его за волосы и притянул к себе:

— Со слухом плохо? Я же сказал — никакой «скорой»!

Фэлкон вгляделся в помутневшие глаза старика. Смерть уже на пороге. И хотя этот человек сразу ему не понравился, Фэлкон уважал мужество, с которым тот противостоял неизбежному.

— Ну что ж, — пожал плечами Фэлкон, — как скажете, вы хозяин своей жизни.

По просьбе Чеймберса ему помогли подняться на ноги. Несколько минут он стоял, опираясь о стол, отхлебывая глоток за глотком воду и стирая пот со лба. Затем сел, сказал, что все прошло, и повернулся к Фэлкону: