— Чиун, я бросаю работу.
— Опять?
— На этот раз окончательно.
— Почему?
— Потому что считаю себя хорошим человеком. А ты считаешь меня хорошим человеком?
— Я считаю тебя идиотом. Садись и давай поговорим.
Римо уселся на траву рядом с Чиуном.
— Смитти хочет, чтобы я убил Руби, — сказал он.
— О, — произнес Чиун.
По тону его голоса Римо понял, что Чиуна это заинтересовало.
— Потому что она хочет уйти из КЮРЕ, — добавил Римо.
— И ты решил, что, если предашь своего хозяина, она останется в живых? Ты решил, что император Смит возьмет и просто скажет: «О, Римо не захотел убивать Руби, и поэтому Руби должна жить?» Ты ведь знаешь, что он так не скажет, Римо. Он примет меры, чтобы избавиться от Руби другим путем. И чего ты добьешься? Вместо того, чтобы сделать то, чему ты обучен, и гарантировать ей быструю и легкую смерть, ты сделал так, что она, вероятно, попадет в руки какого-нибудь идиота. Но она все равно умрет. Ты ничего не добьешься.
— Чиун, я все это понимаю. Я просто не хочу работать в организации, которая уничтожает своих лучших людей, таких как Руби. Я просто не могу больше это делать. Вот скажи мне: ты убил бы Руби?
— Если бы мой император сказал мне, чтобы я применил к ней свое искусство наемного убийцы-ассасина, то да. Принять такое решение — дело императора, а значит, не мое. Я не император. Я ассасин.
— Вот так просто взял бы и убил ее?
— Вот так просто я сделал бы то, что пожелал мой император.
— Смитти может послать тебя и за мной, — сказал Римо. — И ты выполнишь это задание?
— Я люблю тебя как сына, потому что ты и есть мой сын, — проговорил Чиун, глядя на сверкающую воду бассейна.
— Я знаю, — сказал Римо. — Но ты любишь и тысячелетние традиции Синанджу.
— Да, это так. И тебе следовало бы.
— Я ухожу, — сказал Римо.
— И куда же ты пойдешь?
— Не знаю. Мне нужно подумать о том, кто я такой есть. Я дам тебе знать, где я, если тебе понадобится меня найти.
Чиун кивнул.
— Как ты тут без меня, обойдешься? — спросил Римо.
— Да. Обойдусь.
Римо встал. Смущенно посмотрел на Чиуна, думая, что бы такое сказать, чтобы нарушить молчание и разрядить напряженность момента.
— Ну, ладно, пока, — сказал он. Чиун кивнул.
Когда Римо вышел за ворота, Чиун еще долго смотрел ему вслед. Потом тихо проговорил:
— Глупое дитя. Никто не сможет убить Руби Гонзалес так просто.
Довезя доктора Харолда В.Смита до автобусной остановки, Руби Джексон Гонзалес не поехала обратно в санаторий Фолкрофт, что в местечке Рай под Нью-Йорком, который и служил прикрытием организации КЮРЕ, располагающей мощнейшей компьютерной сетью.
В течение последних четырех дней она потихоньку освобождала свой рабочий стол, вынося по вечерам в ридикюле личные вещи, и теперь двинулась прямо в свои роскошные трехкомнатные апартаменты, которые снимала в том же пригороде Рай, чтобы забрать чемоданы, упакованные еще накануне.
Во время их разговора со Смитом цель его поездки не упоминалась, но по данным расходных счетов она знала, что Римо и Чиун находятся на побережье, в Нью-Джерси. Знала она и то, что Смит сам назначил Римо эту встречу, что обычно являлось обязанностью Руби. А это означало, что Смит не хотел, чтобы Руби знала, о чем они с Римо будут говорить.
Дохлый номер. Она прекрасно знала, что любой, пожелавший уйти из КЮРЕ, должен замолчать навеки, и Смит ехал к Римо, чтобы дать тому задание закрыть рот Руби. Что ж, пусть попробует: пока палач сюда доберется, жертва будет уже за тридевять земель.
Через полчаса после того, как автобус Смита выехал из города, Руби на своем «Континентале» тоже двинулась на юг, в сторону Ньюарка, что в Нью-Джерси, где у нее были родственники и где ее смуглая физиономия могла затеряться среди сотен тысяч таких же физиономий. А там она подумает, что делать дальше. О том, чтобы ехать в Норфолк, в Вирджинию, в данный момент не могло быть и речи: там ее стали бы искать в первую очередь.
Но при выезде из пригорода Рай на скоростную трассу Кросс-Вестчестер ее осенила идея, и она, вместо того, чтобы двинуть через мост Таппан-Зи в Нью-Джерси, свернула на юг и поехала по Нью-Йорк-трувей в Нью-Йорк. Для начала ей нужно было провернуть одно дельце.
Ньюарк, штат Нью-Джерси. Город, в котором переплелись судьбы трехсот тысяч жителей. Гигантская театральная площадка, на которой ежедневно разыгрываются тысячи личных драм.
Но три из них в этот день имели особое значение.
Читать дальше