Даниэль Жирар - Эксгумация

К ней подошел Ти-Джей Вудворд.

— Золовка и племянница Авы Шварцман. Они уже сделали выбор, так что не стесняйся. Можешь подойти к ним.

Харпер заколебалась. Да, ей было о чем расспросить родственников Авы, но появление в похоронном бюро — не самый деликатный способ вступить в контакт. Ее собственная мать пришла бы в ужас. Детектив решила, что просто представится и попросит позвонить ей в удобное для них время. И будет надеяться, что это удобное время наступит довольно скоро.

Младшая Шварцман наклонилась к матери. И пока она говорила, миссис Шварцман смотрела только на гроб. Женщины не касались друг друга, но здесь, на Юге, это было частью воспитания. Не говоря уже о том, что горе порой творит с людьми странные вещи.

Tи-Джей стоял с ней рядом, хотя, как владелец похоронного бюро, он наверняка уже не раз наблюдал за проявлениями людской скорби.

В старших классах Ти-Джей был нарушителем спокойствия. Школьная болтовня у шкафчиков была полна сплетен о выходках Ти-Джея и его приятелей: их герой пил, курил травку и время от времени устраивал разгром в похоронном бюро своего отца. Даже сейчас очень мало что в его внешности соответствовало статусу солидного владельца похоронного бюро: высокий и тощий, с копной волнистых светлых волос, которые только начинали седеть. Пытаясь придать себе более серьезный и зрелый вид, Ти-Джей отрастил бородку и усы, что было не самым удачным решением. Он так и не остепенился и имел привычку встречаться с женщинами, которые с каждым годом были все моложе и моложе его. Харпер подозревала, что он до сих пор покуривает травку.

Однако в те моменты, когда он встречался с родственниками умерших, все это отходило на второй план, уступая место профессионализму и степенной невозмутимости.

— Тебя представить? — предложил он. — Хотя не в твоих привычках стесняться.

— Просто дай им немного времени.

— Как скажешь, — ответил Ти-Джей и направился в свой офис.

Харпер дошла до главного зала и села в первом ряду. Заупокойных служб сегодня не было. Можно спокойно посидеть и дождаться момента, чтобы поговорить с родственницей Авы.

Через два дня точно в таком же зале состоится заупокойная служба Фрэнсис Пинкни. Она будет там с родителями и Джедом.

Харпер обычно садилась сзади, а ее мама — у прохода, чтобы при случае уйти, если вдруг не выдержит и разрыдается. При этом она шумно шмыгала носом.

Сама Харпер наденет похоронный наряд — черную юбку и блейзер, а Джед — темно-серый костюм, который он надевал, выступая в суде и произнося речи на похоронах. Другой костюм, темно-синий в тонкую полоску, приберегался для свадеб. Но свадьбы случались все реже, а Джед и Харпер все чаще посещали похороны.

Без тела комната казалась меньше. Спереди висели тяжелые бархатные темно-фиолетовые гардины. Толстые зеленые шнуры с кисточками на концах крепили их к стенам. Ковер был такого же темно-фиолетового и зеленого оттенков.

После того как его отец несколько лет назад умер, Ти-Джей отремонтировал траурный зал. Его выбор демонстрировал изысканность, которой она от него не ожидала.

Гардины были дополнением к тому, что он называл смешанным просмотром — одни гости изъявляли желание смотреть на покойника, другие предпочитали этого не делать.

На месте гроба стояла большая черная тележка с позолотой. «Тачка для жмуриков», — называл ее Ти-Джей, когда поблизости не было видно никого из родственников его «подопечных».

Харпер прислушалась. Голосов больше не было слышно. Она вернулась в выставочный зал, обнаружила, что обе женщины уже ушли, и поспешила к выходу, где у обочины как раз останавливалось такси.

— Доктор Шварцман! — позвала Харпер.

Племянница Авы закрыла дверь автомобиля и отступила на тротуар. Лишь повернувшись к зданию, она заметила Харпер. Та быстро сократила расстояние между ними.

— Доктор Шварцман, — повторила Харпер, подходя к ней. — Я детектив Харпер Лейтон.

Она протянула руку, и Аннабель Шварцман пожала ее.

— Я соболезную вашей утрате, доктор Шварцман.

— Называйте меня Анной, пожалуйста, — сказала та, оглянувшись через плечо, как будто вспомнила что-то, что хотела сказать матери.

— Это была ваша мать?

— Боюсь, она нездорова. — Доктор Шварцман крепко сжимала ремешок сумки.

— Представляю, какой это удар. И насколько я понимаю, вы только что прилетели из Сан-Франциско…

— Знаю. Я должна была предупредить его, что ухожу, — сказала она, переводя взгляд с Харпер на улицу и обратно.