Эрика О'Роурке - Диссонанс

– Часто ты встречаешься с девушками в библиотеке, между книжными стеллажами? – спросила я.

При этом мой голос показался мне самой каким-то странным.

– Вообще-то нет. Но в следующий раз я буду иметь в виду, что это неплохое место. И здесь можно наткнуться на тебя.

– В следующий раз?

– Ну да. Нам задали провести еще одно исследование, так что остаток недели нам часто придется торчать в библиотеке. У нас еще как минимум четыре дня.

– За это время можно немало успеть, – заметила я и осторожно сунула между корешков двух книг ярко-оранжевую бумажную звездочку – мне было интересно узнать, как на нее подействует эффект барокко.

– Что ж, я недурно провел последний час, – произнес Саймон и положил руку на книжную полку рядом с моей головой.

Раздался чей-то вежливый кашель, и Саймон резко отпрянул, словно кто-то похлопал его сзади по плечу.

– Вероятно, вы выполняете очередное задание миссис Джордан? – поинтересовалась взявшаяся неизвестно откуда мисс Пауэлл.

– Э-э… ну да. – Саймон сунул руки в карманы. – Мы тут…

– Проводите время с пользой?

Мисс Пауэлл старалась не смотреть на меня. Ее взгляд перебегал с Саймона на ряды книг, на пол и снова на Саймона – но меня обходил. Впрочем, неудивительно – я ведь так ни разу и не прикоснулась к Саймону. По идее, все, что могла видеть мисс Пауэлл, – мой смутный абрис, да и то боковым зрением.

Внезапно частота окружающего меня параллельного мира стала резко колебаться. Я сразу вспомнила, как легко перепутать на карте проявления эффекта барокко и начинающегося процесса разделения, и решила, что мне пора уходить.

– Я забыла в классе тетрадку, – обратилась я к Саймону. – Через минуту вернусь.

В тот момент, когда я шла через портал в Главный Мир, эффект барокко начал слабеть.

В Главном Мире в библиотеке все выглядело так же, как прежде. В помещении стоял легкий гул голосов, в который вплетался смех учеников. Я была уверена, что эффект барокко спровоцировал именно Саймон. Во всяком случае, между ним и возникновением этого явления определенно существовала какая-то связь. Я направилась к книжным стеллажам, намереваясь выяснить, какая именно.

Саймон стоял, положив руку на корешок одной из книг.

– Ну что, соскучился? – спросила я.

Ответа не последовало.

– Саймон!

Снова никакой реакции.

– Ты обиделся, что я ушла? Но ведь меня не было всего пять минут.

Чувствуя, что сама начинаю закипать, я подошла ближе, собираясь объясниться, но слова замерли у меня на губах.

Когда Адди была маленькая, она страдала лунатизмом. У нее это проявлялось в необычной форме. Адди не бродила в сомнамбулическом состоянии по дому, не забиралась на крышу. Просто она могла, встав среди ночи, вдруг сесть за пианино и начать исполнять Рахманинова или взяться в идеальном порядке расставлять обувь, как свою, так и других членов семьи. Нередко ее заставали читающей книгу – при этом Адди зачастую держала ее вверх ногами. Утром она ничего не помнила. С возрастом это прошло. Теперь, глядя на неестественно спокойное, безмятежное лицо Саймона, я почему-то вспомнила о тех странных приступах у сестры.

Я осторожно дотронулась до руки Саймона.

– Эй, с тобой все в порядке?

Он вздрогнул, да так сильно, что нечаянно сбросил на пол книгу, которую держал за корешок.

– Ну что, нашла тетрадку? – поинтересовался он вполне дружелюбно. – А я еще подумал… Слушай, почему ты на меня так странно смотришь?

– Ты заснул стоя?

Темные круги под его глазами обозначились гораздо резче обычного.

– Нет, я не спал. Я разговаривал с… – Саймон запнулся и стал блуждать взглядом по книжным переплетам. – А может, и заснул.

– Что, вчера поздно лег?

– Да нет, не особенно.

Саймон смотрел на меня не просто внимательно – он пожирал меня глазами. Наверное, так художник смотрит на человека, чей портрет должен нарисовать, – запоминая каждую мельчайшую деталь.

На сердце у меня потеплело. Я подняла с пола упавшую книгу.

– Вот, держи.

– Спасибо. – Под пальцами Саймона зашуршал целлофан обложки. – Скажи, я что-нибудь… говорил? Ну, когда был в отрубе?

В отрубе. Значит, он не спал. Интересно, Саймон сознательно выбрал именно это выражение? Было очевидно: то, свидетелем чего я стала, произошло с ним не впервые.

– Нет, ничего, – ответила я, внимательно наблюдая за его реакцией. – Ни словечка. Впечатление было такое, будто ты находился где-то в другом месте.

Мне показалось, что мой ответ вызвал у Саймона не удивление, а облегчение.