М Беннетт - Охота

Я уже догадывалась, как это будет: мое слово против свидетельства пятерых.

Аббат покачал головой:

– Судя по вашим словам, предъявить им обвинение будет не просто. В худшем случае они – соучастники в попытке убийства, однако доказать это будет невозможно, тем более если все пятеро согласуют свои показания. Тем не менее я бы погрешил против своего долга, если бы не посоветовал вам обратиться в полицию. И заверяю вас, в этом случае вы также можете рассчитывать на всемерную поддержку школы.

Я представила себе этот кошмар – допросы, давление, родители все узнают, СМИ все узнают. Папарацци и так осаждали школу, а тут начнется кошмар. Мы переглянулись. Я прочла ту же мысль на лицах друзей и ответила от имени всех нас:

– Нет. Не нужно полиции.

– Хорошо, – сказал Аббат. – Тогда вот что я предложу, но, разумеется, решать предстоит только вам. Генри, несомненно, виновен, но Генри мертв, и он сам лишил себя жизни. Братья, насколько я понимаю, тоже несут ответственность, но я недостаточно знаю закон, чтобы сказать вам, возможно ли им предъявить обвинение за то, что произошло почти полвека назад, – тем более если вы не станете показывать полиции эту запись. В любом случае в моей власти их уволить и они будут уволены – для этого мне помощь закона не требуется.

Аббат похлопал по черному сафьяновому переплету охотничьего журнала, слегка зазвенело обручальное кольцо.

– С вашего разрешения я оставлю охотничий журнал у себя и предъявлю его братьям в качестве улики против них. Они добровольно уйдут, без скандала, и я заменю их лучшими учителями из государственных школ. Выпускникам СВАШ эти вакансии не будут предлагаться. Что касается молодых людей, – он снова бросил взгляд на тот список, – я, разумеется, поговорю с ними, и они будут лишены статуса префектов. Они будут проинформированы о том, что против Генри существуют серьезные улики и эти улики будут переданы полиции, если произойдут новые правонарушения такого рода. Но я думаю, лучше было бы не губить пятерых молодых людей и не осуждать их безвозвратно, ведь теперь, избавившись от дурного влияния своего лидера, они вполне могут исправиться. Мы могли бы позволить им завершить учебный год и сдать экзамены. Боюсь, исключение лишь поощрит в них наклонность к агрессии – особенно учитывая их привилегированное происхождение, – в то время как потрясение и возможность измениться могут принести благой плод.

Мне это показалась разумным. Теперь, когда рядом не было Генри, у Средневековцев появился шанс стать более-менее приличными людьми.

– Я не имею возможности расследовать другие предполагаемые случаи убийства, на которые намекал Генри. Но мы видим, что в обоих известных случаях, в шестьдесят девятом году и сейчас, тон задавали де Варленкуры, и вся эта охотничья забава, если уместно ее так называть, учреждена Конрадом де Варленкуром после возвращения из Третьего крестового похода. Генри де Варленкур мертв, а такого рода организации, лишившись своей главы, обычно распадаются. Братья и префекты – Средневековцы, как вы их именуете – всего лишь последователи. Рыба гниет с головы, и Порядок мог бы продолжаться лишь в том случае, если бы сохранилось руководство.

Я подумала о том, как Генри Куксон быстро превратился в нового Генри, но спорить с Аббатом не стала. Такое облегчение, когда кто-то – да, извините, взрослый – берет на себя столь непосильную ответственность. Вот я и не перебивала Аббата.

– Итак, в надежде навести лучший порядок (если позволите мне использовать такое выражение), я сейчас же назначаю вас всех новыми префектами Школы Святого Айдана. Поздравляю!

Он перегнулся через стол и по очереди пожал каждому из нас руку.

На том все мысли о Куксоне выскочили у меня из головы. Я почти не могла в это поверить. Я, Грир Макдональд с Аркрайт-роуд – Средневековка. Я оглянулась на друзей и увидела на их лицах отражение моих собственных чувств. Они раскраснелись от удовольствия.

Затем Шафин почтительно обратился к Аббату:

– Могу я кое-что предложить?

Аббат развел руки, словно приглашая:

– Конечно, мистер Джадиджа. Отныне мы заботимся о школе вместе.

– В таком случае, – не слишком решительно выговорил Шафин, – я думаю вам… нам… следует изменить подход к приему новых учеников. Нужно принимать больше цветных…

– И больше ребят неаристократического происхождения, – подключилась Нел. – Не только старые деньги, но и новые.

– И тех, у кого нет денег, – уточнила я. – Нужно больше стипендий для учеников из государственных школ. Одна стипендия в год – слишком мало. – Вдруг меня осенило: – Назовем это стипендиями де Варленкура в честь Генри. – Пусть благодаря сумасбродствам Генри умные ребята из государственных школ получат доступ в СВАШ с ее фантастическими возможностям. – Ему бы это не понравилось!