М Беннетт - Охота

Я вышла в длинную галерею на верхнем этаже дома, где накануне мы с Генри прокатились по скользкому полу, но так и не нашла ту дверь в панельной обшивке, сквозь которую он провел меня на крышу. Словно в «Льве, колдунье и платяном шкафу» [26] «Лев, колдунья и платяной шкаф» (2005) – первый фильм в цикле экранизации «Хроник Нарнии» Клайва Льюиса. , там то обнаруживается спрятанная в гардеробе дверь в Нарнию, то в этом же самом месте ее невозможно отыскать. На миг я даже призадумалась, не выдумала ли я все – и невероятный вид с крыши, и как Генри накинул мне на плечи свой фрак, и разговор о том, как снаряжается охотничья команда для стрельбы по фазанам, и, разумеется, Поцелуй. При мысли о том, что он никогда больше не поцелует меня, что и эта дверь закрылась, мне вдруг стало холодно.

Я продолжила осмотр. Десятки, сотни комнат, многие из них – спальни. И каждая с собственным именем – «Грей», «Бэмбург», «Ливенс», «Клиффорд», «Фенвик». Я понятия не имела, это знаменитые люди или какие-то места; все они принадлежали миру, который Генри так глубоко почитал. Комнаты в честь Канье [27] Канье Уэст – чернокожий рэпер, считается одним из величайших артистов XXI века. , разумеется, не было.

Я спустилась на первый этаж и побродила там. В конце облицованного плиткой коридора обнаружила комнату, где одна стена целиком была закрыта огромной, старинного вида картой, а перед картой стоял большой стол из ореха, похожий на корабельный, из капитанской каюты, на столе красовался глобус, тоже древний – подумалось, символически Генри владеет земным шаром. Я отыскала кухни, кладовые, прачечную, винные погреба и нигде никаких новых технологий. Этот корабль, это государство – этот дом обходился без какого-либо современного снаряжения. На кухне старомодные газовые плиты. В винном погребе пыльные бутылки на стеллажах, и нигде не видно цифровых градусников или электронных увлажнителей воздуха. И вот еще странность: нигде не попадался телефон. Даже обычный домашний, с проводом. Даже старинный, с диском для набора номера и крученым шнуром, даже еще более старый, из комедий Илинга [28] Студия «Илинг» в Лондоне выпустила ряд комедий в 1947–1957 годах, объединяемых как своего рода жанр комедии Илинга. черный вертикальный со смешным маленьким раструбом, который нужно снять и поднести к уху. Может быть, все телефоны считались дикарством, не только мобильные.

С нижней палубы я вышла через заднюю дверь и обследовала конюшню, псарню и хранилище охотничьих ружей рядом с домом. Я гладила бархатные носы лошадей, высовывавших головы над низкими дверцами, чтобы приветствовать меня, с удовольствием вдыхала аромат сена и конского навоза. От холода бока лошадей дымились, но мне воображалось, как мы с Генри поскачем летом по цветущим лугам, в брюках для верховой езды и одинаковых белых рубашках. Господи! Мои фантазии были столь же старомодны, как мир, где обитал Генри.

Я приветствовала распихивающих друг друга, виляющих хвостами черно-подпалых псов, огромную свору.

– Привет, Аркад, привет, Тигрис, – окликала я, полагая, что трое кобелей, с которыми Генри меня познакомил, должны быть где-то здесь, в этой кипящей живой массе. Третье имя я запамятовала. Собаки выглядели счастливыми, безобидными, совсем не такими, как в баскервильской своей ипостаси, когда гнались за Нел. Наобнимавшись с ними, я обернулась и тут-то заметила фигуру на другом конце конюшенного двора.

Этот человек следил за мной, и я сразу же его узнала по росту и громоздкости – Идеал, в куртке с подбитыми плечами, она здорово смахивала на бронежилет – снарядился на стрельбу. С какой стати, если стрельба начинается так рано, как сказал мне Генри, Идеал уже вернулся домой? Он был с головы до ног одет в грязно-коричневое и мшисто-зеленое, в лесу и на болоте отлично мог замаскироваться, но здесь, среди известняковых зданий, торчал будто напоказ. Впрочем, он и не думал прятаться. Знаете, как бывает: встретишься с кем-то глазами, и человек тут же отводит взгляд? Так вот он этого не делал. Стоял и таращился на меня. Идеал, единственный из всех слуг, с кем я встречалась, бродя по дому, не поздоровался со мной, не отвел уважительно взгляд, не прекратил свою работу. Он следил за мной до того, как я его заприметила, и продолжал смотреть в упор. Трудно было понять, не нравится ему мое братание с собаками или не нравлюсь я как таковая. В любом случае от его взгляда становилось не по себе. Я торопливо ускользнула с конюшенного двора, подальше от Идеала.