Джонатан Келлерман - Жертвы

Лейтенант позвонил Риду и Бинчи, сообщил, что планы меняются, и повернулся ко мне.

– Кэти Хеннепин попалась таким же образом. На доставке.

– Может, это и не такая уж случайность, – сказал я. – Уильямс работал шеф-поваром в Нью-Йорке, и мы должны учитывать, что он мог знать Клеффера.

– О боже, ты говорил это с самого начала – Клеффер использовал приятеля, чтобы расправиться с Кэти…

– Или Уильямс ненавидел Клеффера и поэтому выбрал целью Кэти. В ресторанах острая конкуренция. Что, если Уильямс и Клеффер соперничали из-за места, и Уильямс проиграл? Или Уильямс затаил злобу против Клеффера по другой причине – его арестовали за то, что ударил другого работника кухни. В любом случае он соблазнил Кэти из мести.

– И она просто по случайности явилась с доставкой в его здание?

– Морин Гросс говорила нам, что она добровольно вызвалась доставить те бумаги. Что, если к тому времени она уже была с Уильямсом, увидела адрес на документах и воспользовалась возможностью совместить полезное с приятным?

– Когда Кэти бросила Клеффера, то сказала, что ей нужен кто-то более надежный. Уильямс убедил ее, что у него более высокая кухня?

– Скорее всего, Уильямс обманул ее так же, как обманул Феллингера. – Он нахмурился. – Йель, сценарист… Да, могло сработать.

– Насколько нам известно, она верила, что он добросовестный адвокат. Работая в фирме, Уильямс мог нахвататься жаргона и выглядеть вполне убедительно. Нам нужно еще раз поговорить с Клеффером. Я только что пытался до него дозвониться, но безуспешно. Давай еще разок попробуем.

На этот раз шеф-повар ответил, и я спросил, знает ли он Дженса Уильямса.

– Этого ублюдка, эту гребаную ослиную задницу!.. Скажите мне до того, как вы его заберете; дайте мне пять гребаных минут побыть с ним наедине в запертой комнате, я принесу свой японский тесак и сделаю из него долбаный паштет, я перемелю ему кости в долбаном прессе…

Я протянул телефон Майло.

Он взял трубку.

– Дариус, когда у вас следующий перерыв?

Клеффер ждал нас в проулке между «Беппо Биппо» и мебельным магазином. Он курил и переминался с ноги на ногу, стоя к нам спиной. Одной ладонью упирался в стену, надавливая так сильно, что жилы на руке вздулись. Магазинный Самсон, выбравшийся на свет божий обозреть окружающий мир. Завидев нас, он сразу сунул Майло свой телефон.

– Смотрите!

Маленький экран в его руке дрожал, наполненный движением и звуками. Там шевелились люди в белом; они нарезали, жарили, готовили во фритюре. Саундтреком служили клацанье ножей и звон посуды.

Клеффер вскинул руку с телефоном.

– Видите?

– Вижу что? – спросил Майло.

– Черт. Смотрите… черт, потерял… давай, давай… вот, это я. С колбасой. А вон там, сзади – проклятие… ага, вот… Вот. Это он!

Увеличив изображение, он ткнул пальцем в высокую худую фигуру за стойкой из нержавеющей стали. Из-под сетки на голове мужчины выбивались темные волосы. На бледном лице выделялись очки в тяжелой оправе, но даже при максимальном увеличении черты оставались неразличимы.

Руки работали быстро. Чпок-чпок-чпок.

– Дженс Уильямс? – спросил Майло.

– Да, да, – ответил Клеффер. – Его звали Джей-Джей. Лучше бы Говнюк…

– Вы вместе работали?

– Нью-Йорк – рынок питания, люди перемещаются и встречаются в разных местах.

– Что это за ресторан?

– Нет-нет, – покачал головой Клеффер. – Это не ресторан, передача. «Мегашеф Слайс-Дайс».

– Для ТВ?

– Да, да. «Гурме нетуорк». Это «пилот», его не поддержали. Я попал в команду «А», потому что уже работал су-шефом у мистера Луонга, и он знал, что у меня есть талант. А Говнюк входил в команду Билли Слейда, хотел, чтобы его назначили су-шефом, а его поставили только препом.

– Преп – это…

– На подхвате. Ты постоянно режешь овощи, снова и снова. Это значит, что ты – отстой.

– А с мясом работать почетнее?

– С протеином? – спросил Клеффер. – А вы как думаете? Чем выше поднимаешься, тем больше приходится работать с протеином. Я готовил сладкое мясо, мистер Л. знал, на что я способен с этим блюдом. Приготовил колбасу в каштановом соусе, судьи кипятком ссали.

– А Джей-Джей тем временем шинковал салат, – заметил Майло.

– Капусту. Свеклу. Морковку. – Клеффер отрывисто рассмеялся. – Так разозлился, что порезался, истек кровью, запачкал рабочее место и все испортил. Его на середине съемки вышибли из шоу. Как долбаного изгоя! Он был простым подготовишкой, шлюшкой, так что все равно. Из-за моего сладкого мяса с каштановым соусом у него, должно быть, поехала крыша, и он возненавидел меня.