Андрей Пихтиенко - Циферщик.

— Так, граждане, к машине проходим! Я сейчас.

Рыков зачем-то полез внутрь своей машины. Тем временем, Виктор резко сравнялся с Андреем, взял его под руку и повёл в сторону своей «тойоты».

— Деньги нужны. Шесть тысяч, минимум. Давай карманы облегчай. Ты что вообще выперся?

— Вы бы ещё дольше просидели. На самом деле, в машине прохладно. У меня только косарь, — Андрей быстро всунул бумажку в карман друга. Всё принимало совсем другой оборот, чем он планировал. Увеличивалось вероятность того, что гаишник может догадаться, что их третий пассажир далеко не в том состоянии, которое ему хотели придать. Андрей чувствовал нож в рукаве и твёрдо намеревался пустить его в ход, если ситуация начнёт выходить из-под контроля.

Виктор вёл своего друга под руку, стараясь не забывать, кто на самом деле идёт рядом с ним. В его голосе и поведении сохранялось разумное, адекватное состояние, в котором он и привык наблюдать Андрея. Но невозможно было забыть, что в рукаве у него был совсем не туз, а нож, который тот в любую секунду мог вынуть и пустить в ход. Нож, который тот так и не отдал Виктору.

— Мальчики, ну что так долго? Я домой хочу! — встретила парней вышедшая из машины Катя. Голос её был явно наигранным, но при этом создавал очень натуральное пьяное звучание.

Андрей быстро сел обратно на своё место. Виктор подошёл к девушке и чуть слышным шёпотом проговорил:

— Нормально всё? Слушай, Катя, деньги нужны, тысяч восемь, — та, без лишних разговоров, сразу достала из сумочки, которую держала в руках, кошелёк и вручила Виктору две купюры по пять тысяч. Тот лишь кивнул, взглядом пригласив девушку сесть на своё место, а сам прислонился к двери от водительского места и стал дожидаться Рыкова.

Старший лейтенант неторопливо, вразвалочку, вопреки бушующему снегопаду продвигался к автомобилю нарушителей. Виктор двинулся ему навстречу, протягивая деньги. Рыков тут же схватил их, неуловимым движением засунул в один из своих карманов, едва заметно кивнув.

— Багажник, будьте добры, к осмотру.

— Багажник? Может, мы поедем уже? Время позднее… — робко проговорил Витя, заметив, что старлей, копаясь в машине, прихватил с собой автомат, который сейчас ненавязчиво бился патрульному о бедро.

— Я бы отпустил, но сам понимаешь… Багажник к осмотру! И пассажиров попрошу выйти из автомобиля!

Пассажиры, как будто ожидая этого приказа, сразу высыпались на улицу.

— Командир, давай быстрее, пожалуйста! У нас и так товарищ уже заснул, не дождавшись.

Рыков увидел девушку, которая нетвёрдой походкой вышла из машины, потом, не особо всматриваясь, оценил содержимое багажника. «Да вроде всё нормально, но…»

— А что, вашему другу особое приглашение нужно? Пассажир, выйдите из машины, пожалуйста! — Рыков потянулся вперёд, протягивая руку, чтобы задеть и разбудить нерадивого пьянчугу, но тут же его резко оттолкнул второй пассажир с заднего сиденья. Рыков изумился такой дерзости и уставился на неприметного, с раскосыми пьяными глазами молодого человека, который теперь стоял между ним и «тойотой».

— Вот братана моего будить не надо! Он только заснул. А если проснётся, то проблем не оберёмся.

— Не будите его, дяденька полиционер! — с кажущейся игривостью, но при этом с металлическим оттенком в голосе, поддержала парня девчонка.

Рыков переводил потрясённый взгляд то на него, то на неё. Что-то в глубине души подсказывало ему, что нужно развернуться и уходить. Взгляд этого пьяного парня, преградившего ему путь, отдавал непонятной угрозой. Рыков приметил, как тот подозрительно прячет руки, как едва заметно, но неумолимо приближается к нему. Девушка в одночасье перестала казаться пьяной. В одно мгновение она приняла совсем иной вид, заставив смотреть на себя. Её непривычно выразительные, бесконечно глубокие глаза скинули завесу опьянения и глядели на него с надеждой. Что-то таинственное и непонятное исходило от неё, заставляя лишь беспрестанно вглядываться в её глаза. Она тоже приближалась к нему, одними губами шепча:

— Не надо.

Что-то едва заметное, лёгкое микродвижения парня, который был уже совсем рядом с ним, привлекло внимание лейтенанта. Это что-то заставило Рыкова инстинктивно потянуться к автомату…

— Товарищ старший лейтенант! Нам правда ехать надо. Всё ведь в порядке? — неожиданно раздался голос водителя.

Наваждение спало. Рыкова отчего-то передёрнуло, и теперь он снова видел перед собой только парочку чрезмерно выпивших молодых людей, которые вроде и не глядели даже в его сторону, больше наблюдая за тем, как снег падает у них перед носом. Всё равно, неприятный комок в горле не уменьшался. После непродолжительной борьбы с самим собой, Рыков всё-таки принял решение и выдохнул: