Питер Бенчли - Челюсти

На другом конце пристани какой-то мужчина сел в небольшой грузовик, включил мотор, и машина стала медленно удаляться по грязной дороге. Надпись, выведенная на двери грузовика, гласила: «Вудс-Ход, Институт океанографии».

Куинт стоял спиной к катеру, глядя на Броди и Хупера, которые расположились по обе стороны алюминиевой клетки. Она была чуть более шести футов высотой, шесть футов в длину и четыре фута в ширину. Внутри находился щит управления, а сверху — два цилиндрических баллона. На полу клетки лежали акваланг, регулятор, маска и гидрокостюм.

— Почему вы не хотите брать клетку? — спросил Хупер Она легкая, и я могу ее привязать где-нибудь, она никому не будет мешать.

— Займет слишком много места.

— Я уже говорил, — вставил Броди, — но он и слушать не хочет.

— Да что это такое в конце-то концов? — спросил Куинт.

— Клетка для защиты от акул, — пояснил Хупер. — Ныряльщики пользуются ими в открытом океане. Мне привезли ее из Вудс-Хода на грузовике, который только что уехал.

— И зачем она вам?

— Когда мы найдем акулу или когда она найдет нас, я спущусь в клетке под воду и сделаю несколько снимков. Никому еще не удавалось сфотографировать такую большую акулу.

— Не выйдет, — сказал Куинт. — Только не с моего катера.

— Почему?

— Глупости, вот почему. Умный человек знает свои возможности. Вы еще мало каши ели.

— Откуда вызнаете?

— Никому не удастся такое. Эта акула слопает вашу клетку на завтрак.

— Слопает? Ну, не думаю. Согласен, она может броситься на клетку, может даже попытаться схватить челюстями прутья, но вряд ли акула захочет ее проглотить.

— Захочет, если увидит такую сочную приманку, как вы.

— Сомневаюсь.

— Ладно, хватит болтать.

— Слушайте, Куинт, подобная возможность предоставляется раз в жизни. Яне стал бы вас ни о чем просить, если бы не увидел вчера эту рыбину. Она редкостная, во всяком случае, в нашем полушарии акул вроде нее никто не встречал. Я смотрел фильмы о гигантских белых акулах, но еще никому не удавалось заснять двадцатифутовую рыбину в открытом океане. Ни разу.

— Куинт же сказал вам: хватит болтать, — вмешался Броди. — Так что забудьте о вашей клетке. И потом, я не хочу отвечать за вас. Мы здесь для того, чтобы убить акулу, а не снимать о ней любительский фильм.

— Почему вы должны отвечать за меня? Я действую совершенно самостоятельно.

— Ну нет, я за вас отвечаю. За катер платит Эмити, поэтому будет так, как я скажу.

Хупер обратился к Куинту.

— Я заплачу вам.

Куинт улыбнулся.

— Да ну? И сколько?

— Хватит болтать, — повторил Броди. — Мне неважно, что скажет Куинт. Я против того, чтобы вы брали с собой эту штуковину.

Хупер не обратил внимания на слова Броди.

— Сто долларов. Наличными, — предложил он хозяину катера. — И вперед, как вы любите. — Хупер полез в задний карман за бумажником.

— Я сказал: нет, — уперся Броди.

— Ну как, Куинт? Сто зелененьких. Наличными. Вот они. — Хупер отсчитал пять банкнот по двадцать долларов и протянул их Куинту.

— Не знаю, — сказал Куинт. Но деньги манили его, и он добавил: — Плевать, пусть подыхает себе, если хочет, я не стану удерживать.

— Если возьмете клетку, Куинт, — сказал Броди, — то лишитесь своих четырехсот долларов.

«Пусть Хупер сводит счеты с жизнью в свободное от работы время», — подумал полицейский.

— Если клетка останется на берегу, я не поеду с вами, — сказал Хупер.

— Ну и не надо, черт возьми, — разозлился Броди. — Можете сидеть здесь, мне все равно.

— Не думаю, чтобы это понравилось Куинту. А, Куинт? Вы пойдете в море вдвоем с шефом? Согласны?

— Мы найдем себе помощника, — сказал Броди.

— Валяйте, — огрызнулся Хупер. — Желаю удачи.

— Трудно найти, — сказал Куинт. — Особенно в такой короткий срок.

— Пошло все к дьяволу, — разозлился Броди. — Отложим поездку на завтра. А Хупер может возвратиться в Вудс-Ход и забавляться со своими рыбками.

Хупер был зол, гнев ослепил его. Поэтому он не смог удержаться, и у него вырвалось:

— Я способен и на большее.

На несколько секунд воцарилось гробовое молчание. Броди уставился на Хупера, не желая верить своим ушам, он не знал, сколько скрытого смысла таилось в словах ихтиолога, а сколько пустой похвальбы. И вдруг на Броди нахлынула неистовая ярость. Он сделал два шага к Хуперу, схватил его обеими руками за воротник и кулаками сдавил горло.

— Что? Что вы сказали?

Хупер задыхался. Он вцепился в пальцы Броди.

— Ничего! — ответил ихтиолог через силу. — Ничего! — Он пытался отступить назад, но Броди еще крепче сжал его горло.