Питер Бенчли - Челюсти

— Что она сказала? — спросил Хендрикс.

— От него ни слова. Она пыталась связаться с ним в течение получаса, но он, как она считает, по-видимому, выключил радио.

— Он там один?

— Да, она так сказала. У его напарника заболел зуб мудрости, и его должны удалять сегодня.

— С вашего позволения, я бы сказал, что это весьма странно, — вмешался мужчина на яхте.

— Что именно?

— Выключить радио, когда ты один в море. Такого никто не делает.

— Не знаю. Бен говорил, что все эти радиопереговоры между лодками ему только мешают, когда он рыбачит. Может, ему надоело и он его выключил.

— Может быть.

— Поехали, Леонард, — сказал Броди. — Ты хоть умеешь управлять этой штуковиной?

Хендрикс отдал носовой швартов, прошел на корму, отвязал линь и бросил его на палубу. Потом он подошел к пульту управления и двинул рукоятку вперед. Катер дернулся, запыхтел. Хендрикс передвинул рукоятку еще дальше, и двигатель заработал более ритмично. Корма осела, нос поднялся. Когда они обогнули мол, Хендрикс до отказа выжал ручку вперед, и нос опустился на воду.

— Высший класс, — сказал он.

Броди ухватился за металлическую скобу пульта.

— Есть спасательные жилеты? — спросил он.

— Только подушки, — ответил Хендрикс. — Они выдержали бы вас, конечно, будь вы восьмилетним мальчиком.

— Благодарю.

Бриз стих, на море была легкая зыбь. Но небольшие волны все же били в борта катера, и он резко накренялся то в одну, то в другую сторону. Это нервировало Броди.

— Твоя посудина развалится на части, если ты не сбавишь скорость, — сказал он.

Хендрикс улыбнулся, наслаждаясь своей временной властью над шефом.

— Не беспокойтесь, шеф. Если я.

Снижу скорость, нас будет болтать на волнах. К Гарднеру мы тогда доберемся только через неделю, а в желудке вашем будет твориться такое, словно там белки резвятся.

Судно Гарднера находилось примерно в трех-четырех милях от берега. Когда они подошли ближе, Броди увидел, что оно мягко покачивается на волнах. Он даже мог прочесть черные буквы на транце — «Флика».

— Оно стоит на якоре, — удивился Хендрикс. — Хотя здесь не та глубина, чтобы бросать якорь. Надо полагать, больше сотни футов.

— Черт бы тебя побрал, — сказал Броди. — Именно это мне сейчас и хотелось от тебя услышать.

Когда они были от «Флики» уже в ярдах пятидесяти, Хендрикс сбавил скорость, и катер медленно подошел к борту «Флики». Броди поднялся на ходовой мостик. Он все еще никого не видел. И спиннингов в кронштейнах не было.

— Эй, Бен! — крикнул он. Ответа не последовало.

— Может, он внизу, — сказал Хендрикс.

Броди позвал снова:

— Эй, Бен!

Нос «Аква-спорта» находился всего в нескольких футах от кормы «Флики». Хендрикс перевел ручку на нейтраль, затем подал назад. «Аква-спорт» остановился и при следующей волне ткнулся в планшир «Флики». Броди ухватился за планшир.

— Эй, Бен!

Хендрикс взял конец линя, прошел вперед и привязал его к кнехту на носу «Аква-спорт». После этого перекинул линь через леер другого катера и завязал его грубым узлом.

— Вы хотите подняться на борт? — спросил он.

«Да». — Броди перебрался на судно. Хендрикс последовал за ним, в кубрике они остановились. Хендрикс сунул голову в передний люк.

— Ты здесь, Бен? — Он огляделся, повертел головой, высунулся из люка и сказал: — Здесь его нет.

— Его вообще нет на борту, — сказал Броди.

— А что там? — сказал Хендрикс, указывая на бадью в углу на корме.

Броди подошел к бадье, наклонился. В нос ударил зловонный запах рыбы и рыбьего жира. Ведро было наполнено рыбьими потрохами и кровью.

— Должно быть, привада, — сказал он. — Рыбьи потроха и прочая дрянь. Их бросают в воду, чтобы привлечь акул. Он совсем ее не использовал. Бадья почти полная.

Внезапный шум заставил Броди вздрогнуть. «Виски, зебра, эхо, пять, девятка, — прозвучал голос сквозь треск радио. — Это „Красотка“. Алло, Джейк?»

— Наша версия не верна, — сказал Броди, — радио он не выключал.

— Не понимаю, шеф. Где же спиннинги? Шлюпки у него не было, значит, он не мог переправиться на ней. Он плавает, как рыба, так что если бы он упал за борт, тут же вскарабкался бы обратно.

— Гарпуна нигде не заметил?

— Как он выглядит?

— Не знаю. Как гарпун. А бочонки? Кажется, их используют в качестве поплавков.

— Ничего этого здесь нет.

Броди стоял у планшира правого борта, недоуменно глядя перед собой на воду. Лодку слегка качнуло, и он ухватился правой рукой за борт. Что-то насторожило его, он глянул вниз и увидел четыре рваных углубления от шурупов, где когда-то находилась крепительная утка. Шурупы явно не были вывинчены отверткой: деревянная обшивка вокруг отверстий была повреждена.