Дэвид Лисс - Этичный убийца

– Что за сволочизм, Доу! Нельзя же затягивать их так туго. Эй! Ты что, его еще и головой о машину ударил, когда запихивал внутрь?

Вопрос был явно риторический, но я ответил за начальника полиции:

– Да, мэм, ударил. А еще он дал мне кулаком в живот.

– Этот засранец врет, – заявил Доу.

– Что-то непохоже, чтобы он врал, Джим. Боюсь, мне придется выдвинуть против тебя обвинение.

Но при этих словах она не двинулась с места, не подошла и не надела на него наручники. Вместо этого она лишь стояла и смотрела на него с улыбкой: ей было интересно, как он отреагирует.

– Это все потому, что я тебя не трахнул? – спросил он. – Все дело в этом, да? Видишь ли, просто мне не нравятся женщины без сисек.

– Если ты не приведешь какую-нибудь вескую причину, которая позволит мне увидеть твое поведение в лучшем свете, мне придется отвезти тебя в участок.

Я и сам не знал, что собираюсь это сказать, пока фраза не сорвалась с моих губ:

– Я не буду выдвигать обвинений против него.

Женщина обернулась ко мне так быстро, что я удивился, как шляпа не слетела с ее головы:

– Какого дьявола?

Я пожал плечами:

– Не хочу никаких неприятностей. Я живу далеко и не смогу присутствовать на суде и прочих процедурах. К тому же, похоже, я действительно нарушил границы частного владения. Хотя этот человек, конечно, немного переборщил. В общем, я бы предпочел обо всем этом забыть.

Доу усмехнулся мне так, словно мы были сообщники, – возможно, хотел показать, что я этим поступком от него не откупился и лишь обрекаю себя на худшие неприятности.

Тем не менее я поступил правильно. Лучше это дело замять. Если втянуть в историю полицейских, суды, а может быть, еще и журналистов, то в конце концов я сам могу оказаться за решеткой. Оставалась только надеяться на то, что все может обойтись.

– Ты уверен? – переспросила женщина.

Я кивнул.

Она обернулась к Доу:

– Что ж, тебе повезло. Так что вали отсюда, и поскорее.

– Мне валить отсюда? – переспросил он и картинно почесал затылок. – Дай-ка подумать… а зачем? Какого хрена, в конце концов? Это мои владения. Почему бы тебе не убраться?

– Слушай, сделай нам всем одолжение – гуляй, а? И я тебя предупреждаю, Джим: если с этим парнем хоть что-нибудь случится, если хоть волосок с его головы упадет – тебе не поздоровится. Ты понял? Так что веди себя поосторожней.

– Никогда не видал бабы с такими крошечными сиськами, – ответил он и сел в машину.

Мотор сердито зарычал, и машина рванула с места на скорости миль пятьдесят в час.

Дама из полиции округа посмотрела ему вслед.

– Не грех было бы дать ему предупреждение за превышение скорости, – заметила она. – Интересно, как бы ему это понравилось? – Потом она снова повернулась ко мне: – Так как ты все-таки здесь оказался?

– Я же вам рассказал, – ответил я. – Я просто гулял. Я тут подумываю, не бросить ли мне торговлю, как только вернусь домой, – так что сегодня у меня уже не было сил работать. Поэтому я просто бродил по окрестностям и забрел сюда.

– Да брось! Тут должно быть что-то еще. Ты, наверное, тут травку курил или еще что? Мне наплевать, я ничего тебе не сделаю. Просто скажи.

– Да нет, вовсе нет. Я действительно просто гулял.

Она покачала головой:

– Ну ладно. Давай я тебя подвезу.

Минуту я колебался: Мелфорд был где-то поблизости. С другой стороны, что он сделал для меня, кроме того что откровенно подставил и бросил на произвол судьбы? Возможно, он ничего не видел и не знал, что здесь происходит, – но это значит, что он не тот человек, на которого можно полностью положиться. Я рассудил, что в любом случае имею полное право умыть руки.

Мне хотелось поскорее уехать со свинофермы, поэтому я попросил женщину-полицейского подбросить меня до мотеля. Залезая в ее машину, я думал о том, что сейчас мне меньше всего на свете хочется оказаться в полицейской машине – хоть на переднем, хоть на заднем сиденье. Но когда мы проезжали по дороге, я заметил машину Джима Доу, спрятанную за деревьями, и понял, насколько правильно сделал, приняв предложение подвезти меня. Женщина-полицейский – офицер Томс, как было указано на ее значке, – решила, что ей лучше действовать деликатно. Она дала мне носовой платок, и хотя кровь из носа у меня уже не шла, я хорошенько вытер его, потому что не хотел показаться невежливым. Женщина ни разу не обернулась в мою сторону, и, так как глаза ее были скрыты за зеркальными солнечными очками, трудно было сказать, смотрит ли она на меня.