Джонатан Келлерман - Книга убийств

Что же может объединять вульгарных типов и пуританина? Что-то очень серьезное. Колизей находится в районе Микроба Бациллы, по соседству с владениями Алмазного Джима Хорна. Может быть, они собираются заключить одну из тех сложных сделок, которые в конце концов обходят территориальные и все остальные законы, что стоят у них на пути? Причем капризы богатеев оплачивают налогоплательщики. Возможно, их планам помешает возобновление расследования по делу об убийстве двадцатилетней давности — если вдруг станет известно, что Коссаки сделали все, чтобы прикрыть расследование и защитить свою сумасшедшую сестрицу, имевшую в сообщниках наркомана и убийцу Уилли Бернса?

И почему Джорджи Немеров вдруг так разволновался? Единственное, что может связывать Немерова с этой историей, — полицейское управление.

Предположим, им заинтересовался кто-то из управления, или они прислали к нему Барлета, чтобы немного попугать.

Посредник службы здравоохранения. А что это значит? Может быть: будь осторожен, а то тебе не поздоровится?

Неожиданно Майло захотелось, чтобы кому-нибудь очень сильно не поздоровилось.

Подъехав к дому, он увидел, что белый «порше» стоит рядом с гаражом, на приборной доске мигает красная лампочка, руль закреплен дополнительным замком. Рик любил свою машину и обращался с ней, как и со всем остальным, очень аккуратно.

Майло увидел Рика за кухонным столом; он еще не успел побриться и ел подогретую китайскую еду, оставшуюся со вчерашнего дня. Рядом с тарелкой стоял стакан красного вина. Рик увидел Майло, улыбнулся, махнул рукой, и они быстро обнялись.

— Работал? — спросил Рик.

— Как всегда. Как прошел день?

— Обычно.

— Что-нибудь героическое?

— Ничего особенного.

Рик показал на пустой стул. Последние темные пряди в его роскошной шевелюре поседели прошлым летом. А усы напоминали серебряную щеточку. Несмотря на то что он был врачом и понимал, как это вредно, Рик любил загорать во дворе, и его кожа еще сохранила летний оттенок. Майло сел напротив и принялся ковырять вилкой оранжевого цыпленка.

— В холодильнике есть еще, — сказал Рик. — Блинчики с овощами и остатки вчерашнего обеда.

— Нет, я твоего поем. Рик улыбнулся. Устало.

— В твою смену случилось что-нибудь?

— Ничего такого. Пара сердечных приступов, пара ложных тревог, ребенок упал с самоката и сломал ногу, пациент с раком кишечника, у которого открылось внутреннее кровотечение — с ним пришлось повозиться, — женщина попала себе в глаз иголкой для штопки, две автомобильные катастрофы, несчастный случай — выстрелил пистолет. Этого спасти не удалось.

— Обычные дела.

— Именно. — Рик отодвинул тарелку. — Было еще кое-что. Парень, который умер, был у меня последним. Я ничего не мог для него сделать. Его доставили уже без сознания. Похоже, он чистил свой девятимиллиметровый пистолет, заглянул в дуло, может быть, хотел убедиться, что там все в порядке, и — бум! Полицейские, которые привезли его, сказали, что они обнаружили на столе масло и тряпку и еще инструмент для чистки ствола. Пуля вошла вот сюда.

Рик показал на свои усы, прямо под носом.

— Несчастный случай? — спросил Майло. — Не самоубийство? Или еще что-нибудь?

— Копы повторяли, что это несчастный случай, может быть, им известны какие-то технические детали. Дело отправят на экспертизу.

— Муниципальная полиция?

— Нет, ваши ребята. Это произошло где-то неподалеку от Венис и Хайленд. Но я хотел рассказать тебе о другом. Тело отправили в морг, я пошел заполнять карточку, а парни, которые его привезли, сидели в соседней комнате. Я слышал, о чем они болтали. Сначала про пенсию, больничные листы, премии. А потом один заговорил про детектива, работавшего в участке западного Лос-Анджелеса. Выяснилось, что у него ВИЧ и он подал рапорт об отставке. А другой коп заявил: «Знаете, что входит через задницу, то оттуда же и выходит». И они расхохотались. Но не весело, а как-то зло.

Рик взял нож и принялся вертеть его, потом посмотрел Майло в глаза, прикоснулся к руке.

— Я ничего про это не слышал, — сказал Майло.

— Так я и думал, иначе ты бы мне рассказал. Майло убрал руку, встал и взял пиво.

Рик остался за столом, продолжая играть ножом. Получалось у него очень ловко — вот что значит хирург.

— Это все вранье, я бы знал, — заявил Майло.

— Просто я решил, что должен тебе рассказать.

— Хайленд и Венис. Что, черт подери, могут знать парни из Уилширского участка про западный Лос-Анджелес? И что могут знать обычные полицейские про детективов?