Джонатан Келлерман - Книга убийств

— Ты подозреваешь, что несчастный случай тут ни при чем? Но почему, Алекс?

— Потому что мой разум так работает.

— Понятно, — сказал он.

Мне показалось, что я слышу смех Майло.

— Мир тесен, — повторил Берт. — Вот и все, что я могу тебе сказать… хочешь чаю, Алекс? Подожди, ты ведь играешь на гитаре, верно? У меня есть то, что может тебя заинтересовать. Гавайская арфа-гитара Кнудсена, сделанная в начале века. Быть может, ты знаешь, как настроить инструмент?

Спальня для гостей оказалась заполненной музыкальными инструментами и древними подставками для нот. Некоторое время я слушал, как он играет на скрипке и рассуждает о музыке, ритмах и культуре. Потом Берт пустился в воспоминания о Чили. Затем последовали рассуждения об этнографических исследованиях в Индонезии, Берт рассказал о лете, проведенном за изучением музыкальной культуры в Зальцбурге, о выступлениях перед детьми в израильском кибуце после террористических актов.

Однако он не упоминал о Санта-Барбаре, где провел много лет в школе для детей с отклонениями в психике — а ведь она находилась совсем рядом. Вполне подходящее место для Кэролайн Коссак.

Память Берта поражала избирательностью — он вспоминал только хорошее. Быть может, именно по этой причине ему не хотелось думать о том, что молодая девушка способна на такую жестокость.

Он закончил свой рассказ и вскинул вверх руки.

— Я такой зануда… ты, наверное, уже подумал, что я выжил из ума.

— Вовсе нет, Берт, — возразил я.

Хотя в голове у меня промелькнула мысль: Он чем-то озабочен.

— По правде говоря, теперь я плохо помню недавние события. Впрочем, вполне в рамках возрастной нормы.

— По-моему, с вашей памятью все в порядке, — заверил я Берта.

— Ты очень добр ко мне… — Он обвел рукой спальню. — Мои игрушки позволяют отвлечься от неприятных мыслей, Алекс. Мальчику необходимо хобби. — Он ухватился пухлыми пальцами за мое плечо. Пальцы оказались цепкими. — Мы ведь оба хорошо это знаем, не так ли?

Мы выпили чаю, а потом я сказал, что мне пора возвращаться в Лос-Анджелес. Проводив меня до машины, Берт проговорил:

— Эта девушка. Просто ужас, если твои предположения верны.

— Вы сомневаетесь? Он кивнул:

— Мне трудно поверить, что молодая женщина способна на столь чудовищную жестокость.

— Я не утверждаю, что она действовала в одиночку, Берт, или являлась инициатором убийства. Однако она могла заманивать жертвы, а потом отходить в сторону или принимать участие в насилии.

— У тебя есть предположения о личности главного преступника?

— У девушки был приятель, шестью годами старше, с криминальным прошлым. Он даже подозревался в убийстве.

— На сексуальной почве?

— Нет, с целью ограбления.

— Понятно, — задумчиво проговорил Гаррисон. — А почему ты о нем не рассказал?

— Прежде всего прикрывали девушку.

— А парень беден?

— Черный торговец наркотиками.

— Понятно. И что стало с юным убийцей?

— Он также исчез.

— Девушка и молодой парень, — сказал он. — Это может все изменить. С точки зрения психологии.

— Команда убийц, — сказал я. — Один из вариантов сценария: они вместе выбирают жертвы на вечеринке, потом заводят их куда-нибудь, насилуют и убивают.

— Ситуация Свенгали — Трильби [20] [20] Свенгали — музыкант, обладающий магическим воздействием на людей, герой романа «Трильби» Джорджа Дюморье. Натурщицу Трильби он сделал знаменитой певицей, но после его смерти она лишилась голоса. , — заметил Гаррисон. — Доминирующий мужчина, послушная женщина… именно в таких случаях впечатлительные юные женщины способны на крайние проявления насилия. Ведь почти все эпизоды, связанные с сексуальным насилием, определяются Y-хромосомами, не так ли? Что еще тебе известно об этом типе?

— Если не считать того, что он не только продавал наркотики, но и сам их употреблял, нам известно, что он сумел найти человека, который помог ему выйти из тюрьмы под залог. А потом проявил редкую расчетливость — прикончил его. В результате попал в розыск. Парень до сих пор остается в списках разыскиваемых преступников. Еще одно из незаконченных дел Майло.

— Печальное совпадение для Майло, — сказал Берт. — Наркоман в чистом виде — героин?

— Да, он употреблял героин, но не только.

— Хм… Тогда все легко объяснимо.

— В каком смысле?

— Когда речь идет о сексуальных садистах, обычно всплывает алкоголь или марихуана, верно? Нечто не слишком сильное, позволяющее снять запреты, но не притупляющее либидо. Другие наркотики — амфетамины, кокаин — могут вызвать стремление к насилию, однако параноидального порядка. Но героин? — Он покачал головой. — Опиаты имеют успокаивающее действие. Если отбросить необходимость красть, чтобы получить героин, город, полный наркоманов, подсевших на иглу, стал бы самым безопасным местом для жизни. Я никогда не слышал, чтобы наркоманы совершали жестокие преступления на сексуальной почве.