Рассел Эндрюс - Гедеон

Гарри собирался исчезнуть в течение двадцати четырех часов.

Это был второй путь, и было ясно, что только он ведет к спасению. Если оставить все как есть, рано или поздно его убьют. Это произойдет в будущем. А пока, в настоящем, перспективы тоже далеко не блестящие — подневольная служба, беспрекословное повиновение. Нет уж, спасибо! С него хватит!

Конечно, у него имеется одно важное преимущество. Гарри так долго оставался в тени, что его склонны недооценивать. Когда он находился рядом, на него обращали внимание не больше, чем на сторожевого пса. А он слушал и запоминал. Вагнер догадался, что они замышляют, проник в ход их мыслей. Шатобриан как-то сказал: «Человек не получает превосходство только потому, что видит мерзость мира». Гарри улыбнулся, он мог бы сказать лучше. Гарри не добился превосходства только из-за того, что видел мерзость мира. Он получит преимущество потому, что увидел мерзость раньше других. И поэтому готов ко всему.

Именно этим он и занимался последние несколько недель. Готовился.

Гарри удивил и слегка удручил тот факт, что уничтожить следы его существования оказалось так легко.

Обстановку он продал оптом компании, которая сдавала напрокат мебель для офисов, вечеринок и пустых квартир. Гарри сделал значительную уступку в цене, зато взял наличными. За все, что было в доме, ему удалось выручить почти десять тысяч. Вагнер договорился об отмене коммунальных услуг со следующего дня, оплатив счета за телефон, газ, электричество, уборку мусора, доставку газет заранее. С самим домом оказалось сложнее. Дом не был собственностью Вагнера, он нашел его через фирму, которая специализировалась на поиске жилья для государственных служащих. Гарри решил пожертвовать арендной платой, внесенной за три месяца вперед, и не забирать ее. Так безопаснее. Лучше смириться с убытком. Правда, это мелочь. По крайней мере, сейчас. Относительная.

Неподалеку, примерно в двухстах метрах от реки, у Гарри была собственная квартира-кондоминиум на две спальни. Он приобрел ее достаточно давно и уже полностью рассчитался по закладным. Благодаря этому он смог выставить квартиру на продажу, назначив сравнительно небольшую цену, и ее купили почти сразу. Гарри получил сто пятнадцать тысяч долларов, тоже наличными. Какое-то время он подумывал о том, чтобы перевести на другой счет свои пенсионные накопления. Однако после нескольких дней мучительных раздумий все-таки решил, что нельзя рисковать — враги могут догадаться, что он собирается рвать когти. Гарри страшно жалел, что приходится оставлять эти деньги, но ничего не попишешь — нельзя быть чересчур жадным. Жадность сгубила не одного человека, пытающегося начать другую жизнь. После того как Гарри продал все свои акции, ценные бумаги и облигации, в общей сумме у него набралось сто сорок семь тысяч долларов, и он перевел все деньги в надежный банк на Каймановых островах. Гарри закрыл все счета на свое имя в местных банках. Так как проверялись только свидетельства о рождении, а не о смерти, Гарри сходил на ближайшее кладбище, нашел могилу младенца с подходящей датой рождения и позаимствовал его имя. В итоге Гарри получил новый паспорт и номер социального страхования. А еще он обзавелся новехонькими кредитками «Американ экспресс», «Виза» и «Мастер-кард», все на разные имена. На каждое из этих имен у него был заведен текущий счет в банке на Каймановых островах, и благодаря специальной программе, установленной на его компьютере, он легко мог проверить любой из них. И последний пункт его плана — прекращение выплаты алиментов бывшей жене. Раз уж он исчезает навсегда, пусть это будет прощальным «подарком» для Элисон.

У Вагнера в компьютере был установлен номер факса с международным кодом 800, а в мобильном телефоне имелось специальное устройство, не позволяющее определить местонахождение владельца. Можно давать номер телефона и факса кому угодно — найти его по этой информации все равно не смогут. Средства связи будут всегда с ним, в любой точке земного шара.

Гарри обо всем позаботился. Остался один последний звонок. А когда Гарри закончит все дела, у него будет достаточно средств, чтобы безбедно существовать несколько лет. Сколько именно — зависит от того, позволит ли он себе жить на широкую ногу или нет. Четырех лет вполне достаточно, чтобы понять, как все обернется. Он почувствует, когда можно будет объявиться, не опасаясь за свою жизнь. В любом случае, за такое долгое время он наверняка решит, чем зарабатывать на жизнь. Конечно, если понадобится.