Рассел Эндрюс - Гедеон

— Не я, племянник. Он-то и подарил мне кепку. Если честно, я бы не смогла назвать ни одного игрока, даже под страхом смерти.

— Думаю, и в Нью-Йорке никто бы не смог, — галантно произнес Шанахофф. — Я сам когда-то там служил. В Вашингтоне работаю всего несколько месяцев. Почти никого здесь не знаю. — Он замолчал и задумчиво почесал тяжелый квадратный подбородок большим пальцем. — Наверное, мы с вами в этом похожи.

— Может быть.

Невероятно. Он с ней заигрывает! Ну что ж, может, это и неплохо. Даже хорошо. Пожалуй, стоит этим воспользоваться. Аманда прошествовала мимо него на кухню, старательно раскачивая бедрами. Начала мыть посуду, пусть вволю поглазеет на ее задницу!

— И что вы хотите знать о Карле? — кокетливо осведомилась она через плечо.

— Все, мисс Мейз.

— Встречаться с ним было сущим наказанием, — сообщила она, с удивлением отметив горечь, прозвучавшую в голосе.

— Он поднимал на вас руку?

— О господи, конечно нет.

— Изменял?

Аманда покачала головой.

— Никогда.

— Воровал у вас?

— Карл Грэнвилл, возможно, самый честный человек из всех, кого я знаю.

— Правда?

— Однажды он нашел в такси две с половиной тысячи долларов в конверте — кто-то забыл. Карл был тогда на мели, совсем без денег, но знаете, что он сделал?

— Накормил бедных сироток?

— Отнес деньги в полицию. И не надо язвить!

— Простите. Но я не совсем вас понимаю. У меня создалось впечатление, что вы не очень-то жалуете Грэнни. Но, судя по вашим словам, это не так.

Почему-то Аманду встревожило, что агент назвал Карла прозвищем. Словно устраивал ей проверку.

— Послушайте, агент Шанахофф…

— Брюс.

— Я любила Карла. Но он из тех людей, которые эмоционально неспособны создавать взрослые, зрелые взаимоотношения. Мне пришлось его бросить. Считайте это актом самосохранения. Или выживания. Это было нелегко, и не буду притворяться, что у меня не осталось к нему никаких чувств. И все-таки я ушла от него, и теперь нужно как-то жить дальше.

— Когда вы в последний раз виделись?

— На похоронах Бетти Слейтер в Нью-Йорке несколько недель назад. Мы оба дружили с ней. А до этого мы с ним долго не встречались. После похорон я подвезла его домой.

Мысли Аманды перескочили на Карла, который как раз в эту минуту находился в ее ванной комнате, облепленный мыльной пеной. Девушка постаралась поскорей избавиться от этого образа. Она не верила в экстрасенсорное восприятие, но с агентами ФБР лучше не рисковать, тем более с этим, стоящим на ее кухне.

— Он держался дружелюбно?

— Вообще-то в машине мы довольно сильно поссорились.

— Можно спросить, из-за чего?

— Не из-за чего. Из-за всего. Думаю, вы знаете, как это случается, Брюс.

— Он вас ударил? Угрожал физическим насилием? Что-нибудь подобное?

Аманда резко повернулась к нему, взметнув копну рыжих волос.

— Уверена, Карл и мухи не обидит. Он не способен на насилие.

— Может быть, по отношению к вам. Но не по отношению к тем людям, которых убил.

Аманда замерла, не в силах двинуться с места. Сказанное как громом поразило ее. Это неправда! Не может быть правдой!

— Мисс Мейз…

— Зовите меня Аманда… Брюс, — хрипло произнесла она, проведя пальцами по обнаженной кремово-белой шее. Черт, она вся взмокла! Видимо, роль роковой красотки не для нее.

— Ну хорошо, — произнес агент, снова улыбнувшись, и улыбка чуть было не коснулась его глаз, но нет, они не изменили выражения. Аманде стало не по себе от этого взгляда. — Спрошу вас напрямую, Аманда. Вы слышали что-нибудь от Карла Грэнвилла с тех пор, как он пустился в бега?

— Ничего.

«Дорогой дневник, сегодня я солгала федеральному агенту», — мелькнуло у Аманды в мыслях.

— Ни письма, ни звонка? — с сомнением уточнил Шанахофф. — Неужели он не попытался с вами связаться?

— Представьте себе, нет.

Он пододвинулся поближе, навис над ней. Внешне манера его поведения не изменилась, но Аманда почувствовала, что он стал суровее и жестче. От него исходила угроза.

— Надеюсь, вы меня не обманываете, — произнес он ровным голосом, в котором, однако, зазвучал металл.

Аманда напряглась. «Спокойно, девочка», — подумала она и ответила таким же спокойным (как она надеялась!) голосом:

— Вы меня не слушаете, агент Шанахофф. Я только что вам сказала, что ничего от него не слышала и вряд ли услышу.

Он шагнул назад, довольный. По крайней мере пока. Безразличная усмешка вновь тронула его губы.

— К сожалению, вынужден вам сообщить, что, скорее всего, услышите. Кондуктор поезда опознал его по фотографии. Мы полагаем, что Грэнвилл сейчас в Вашингтоне. Возможно, мне не следовало бы этого говорить, но, если он попытается с вами связаться, будьте осторожны. Он очень опасен. Что бы вы ни говорили, у нас имеются веские доказательства, что он убил двух человек. С ним шутить не стоит. Понятно?