Роберт Финн - Адепт

Алан щелкает выключателем, и шум стихает.

— Господи помилуй! Тебе никто не говорил, что нельзя подкрадываться к людям сзади? Особенно когда они вскрывают сейф! — Алан сердито возвышает голос к концу фразы. Он вставляет дрель на место и снова запускает двигатель, не сводя взгляда с железной дверцы.

— Надо использовать защитные очки, — бормочет себе под нос Питер.

Пару минут он с кислым видом наблюдает за работой Алана. Потом возвращается в зал и подходит к одному из окон. Взяв с ближайшего стола степлер, Питер вертит его в руках и оглядывается в поисках вещи, которую можно скрепить скобками. Краем глаза он улавливает на улице какое-то движение. К дому быстро приближаются четверо мужчин в одинаковой черной одежде. Двое держат в руках короткие винтовки, вскинув стволы на уровень плеча. На повороте стоит мощный «БМВ» с полицейской эмблемой на дверцах.

У входа в здание один из полицейских поднимает голову к окну. Питер быстро ныряет вниз.

Он сидит на полу, кусая губы. Его лицо искажено от страха. Низко согнувшись, он бросается к Алану, лавируя между столами, и напоследок сильно ударяется бедром об угол. Стол от столкновения сдвигается на пару дюймов, скрежеща ножками по нейлоновому коврику. Канцелярские принадлежности катятся по крышке и сыплются на пол.

— О, черт! — шипит Питер, схватившись за бедро.

Он несется дальше, подволакивая ногу. Через секунду он влетает в кабинет, где Алан уже просверлил дыру в сейфе и стоит, выгнув спину, с выключенной дрелью.

— Полиция! — орет Питер, продолжая потирать рукой ушиб. — Они уже на улице.

В этот момент на лестницу с нижнего этажа выскакивает лыжник. Он бежит очень быстро, хотя его шагов почти не слышно. Дверь с этажа на лестничную площадку распахнута наружу — когда они приехали, она уже была открыта настежь и держалась припертым к створке огнетушителем. Лыжник хватает огнетушитель с пола. Дверь начинает плавно закрываться, и он придерживает ее ногой. Подняв над головой тяжелый цилиндр, лыжник обрушивает его на ручку двери. При этом на его запястье вспыхивает золотой браслет. После второго удара ручка отскакивает на ковер и дребезжит по ступенькам, как велосипедный звоночек.

Лыжник вбегает в комнату, и дверь за ним захлопывается. Схватив ближайшую вешалку, он переворачивает ее вверх ногами, прижимает ногой к полу розетку с хромированными крючками и выдергивает пластмассовую ножку. Вооруженный прямой палкой, он легко поворачивает ее в руке и засовывает за ручку двери, наклонив под углом в сорок пять градусов. Широко расставив руки, лыжник хватается за палку и выравнивает ее по высоте. Упершись концами в стены, она крепко заклинивает выход.

На всю операцию у лыжника уходит несколько секунд, но он едва успевает вовремя. По лестнице уже бегут полицейские. Они достигают запертой двери как раз в тот момент, когда трое взломщиков ретируются в кабинет на противоположном конце этажа.

Первый полицейский хватается за дверь. Без отбитой ручки взяться можно только за маленькое окошко с армированным стеклом. Но оно слишком маленькое, чтобы уцепиться за него как следует.

Алан стоит на пороге кабинета и смотрит на лестничную дверь. Потом поворачивает голову к лыжнику.

— Почему ты был внизу? — спрашивает он.

Лыжник не отвечает.

Тем временем Питер окончательно впадает в панику.

— Что же делать. Боже, что же делать?… — непрерывно бормочет он себе под нос.

Приподняв жалюзи, он выглядывает на улицу и смотрит на железнодорожные пути, блестящие метрах в десяти от здания. Его взгляд беспокойно блуждает от рельсов к подъезду дома и обратно. Потом он начинает шарить по оконной раме, стараясь нащупать задвижку, но ничего не находит. Окно вставлено в стену цельным блоком.

Лыжник подходит к нему, аккуратно подтянув перчатки на руках. Он нагибается над широко раскрытой сумкой, стоящей возле сейфа, и достает длинную отвертку, после чего спокойно выпрямляется и вонзает острие в грудь Питеру.

Парень застывает на месте. Вид у него ошеломленный и одновременно скованный, словно он схватился за оголенный провод. На мгновение в комнате наступает мертвая тишина.

Потом Питер, впервые за этот вечер не сделав ни одного лишнего движения, медленно опускает голову и видит желтую пластмассовую рукоятку, торчащую у него между ребер. Его глаза расширяются, словно он заметил ползущего по рубашке скорпиона. Питер чуть приподнимает одну руку — по его жесту не совсем понятно, собирается ли он схватиться за рукоятку или прихлопнуть паука, — его ноги начинают подгибаться, и глаза выкатываются из орбит. Еще мгновение, и он замертво падает на пол под ноги лыжнику.