Дэвид Вилтц - Дар сопереживания

Хэтчер сверился со списком.

– Да, он умер от сердечного приступа у себя дома на следующий день после посещения паспортной службы. Один арестован и помещен в городскую тюрьму Монреаля за то, что пырнул кого-то ножом во время пьяной драки в баре.

– Это не наш мальчик, – сказал Беккер.

– Откуда ты знаешь?

– Человек, которого мы ищем, не настолько глуп, чтобы ввязываться в пьяные драки. Иначе никто не платил бы ему по два миллиона долларов. Что еще?

– Шестеро сейчас находятся за границей. Один в Англии, один в Австралии, остальные – в различных европейских странах. Мы проверили всех шестерых. Все они путешествуют со своими паспортами.

– Значит, остается семеро.

Хэтчер дернулся.

– Я тоже умею считать.

– Так это же здорово, Хэтчер. Видишь, как много у нас с тобой общего: мы оба слушаем ушами и умеем отнять восемь от пятнадцати. Но не стоит обольщаться этим поверхностным сходством. Оно еще не повод для сближения.

– Я лично буду только счастлив сохранить с тобой чисто деловые отношения, – буркнул Хэтчер.

– Вот и отлично. Что об оставшихся семи?

– Мы сумели установить местонахождение и побеседовать с тремя из них. Один бывший поджигатель, второй – офицер канадской армии, ударивший подчиненного. Третий двадцать лет назад убил свою жену и всего пять, как вышел из заключения.

– Вычеркни всех троих.

– Почему? Все они склонны к насилию. С какой стати их вычеркивать из списка подозреваемых?

– А с той, что ты их нашел. Наш мальчик не стал бы убивать ради паспорта, чтобы потом пассивно дожидаться, пока ему начнут задавать вопросы. Так его можно было бы раскрыть в два счета. Он окажется одним из исчезнувших. Расскажи мне о них.

– Это четверо, чье местонахождение в данный момент неизвестно. Лестер Гэннон разыскивается в течение шести лет за разбой, вооруженный разбой, разбой с попыткой убийства и так далее. У него список прошлых арестов длиной с твою руку. Последние шесть лет успешно скрывается от правосудия. Мне он импонирует, как возможный кандидат.

– Дальше. – Мимо столика прошла женщина лет сорока. Беккер проводил ее одобрительным взглядом.

– Рикард Финкбайнер. Родился в Германии, постоянно проживал в Канаде с 1984 года. Политической деятельностью не занимался, не арестовывался и к суду не привлекался. Его отпечатки попали в картотеку, когда он регистрировался для получения вида на жительство. Неизвестно местонахождение в течение последних двух лет.

– Где он жил в Германии?

– В Бонне, но родился в Лейпциге в Восточной Германии.

– Этот тебе тоже импонирует?

– Он родом из Восточной Германии. Пересек границу Западной Германии, когда ему было двадцать три – достаточный возраст, чтобы ему успели внушить определенную идеологию и соответственно обучить. Он тихо просидел два года в ФРГ, переехал в Канаду, затаился еще на пять лет, показав, что он безвреден и достоин доверия, затем бесследно исчез. Да, он тоже подходит на роль вероятного кандидата.

– Дальше.

– Мойша Пинтер. Израильтянин, проживает в США по студенческой визе. Аспирант механико-инженерного факультета Рочестерского Технологического института. В документации паспортной службы нет упоминания, что он там был, хотя его отпечатки там нашлись. Его никто не видел уже больше недели.

– Он мог зайти туда с приятелем.

– Ему тридцать три года. Поздновато для учебы в аспирантуре.

– Может, он долго раскачивался.

– Он не появлялся на людях со времени убийства Кармайкла.

– Вероятно, закатился куда-нибудь с подружкой и развлекается вовсю.

– Целую неделю?

Беккер рассмеялся.

– Ну да, целую неделю. Тебе этого не понять, Хэтчер. Он, судя по всему, тоже тебе нравится, не так ли?

– Он израильтянин, а одно это уже утраивает шансы, что он может оказаться иностранным агентом. В этой стране люди из Моссада ходят толпами. Здесь израильских агентов больше, чем любых других, особенно, в сфере технологий. Шансы, что он агент, весьма велики, даже по предварительным данным. Заодно он может оказаться и террористом. Почему бы и нет? У израильтян больше, чем достаточно крови на руках. Конечно, они убивают более или менее избирательно, тут я с тобой соглашусь, но от этого их жертвы живее не становятся. Чтобы быть террористом не обязательно угонять самолеты. Чем он тебе не подходит?

– Деньги пришли из Ливии.

– Израильтяне вполне способны это устроить.

– Способны-то способны, но обычно они так не поступают. В большинстве случаев они пользуются швейцарскими банками. Или лондонскими. Или нью-йоркскими. Амстердамскими. Но чтобы они воспользовались банком в Триполи? Я про такое не слышал.