Александр Варго - Кулинар

— Хватит прибедняться, дядя Сережа. — Надя, пританцовывая на месте, сунула ему еще два червонца. — Ты еще мужчина хоть куда, в полном расцвете сил.

— Это что же, — Чинарский сделал вид, что обиделся, — как Карлсон, что ли? — Он взял протянутые червонцы, и глаза его загорелись в предвкушении выпивки.

— Кончай строить из себя красну девку, Чинарский, — помотала головой Надежда. — И дай мне пройти.

— Ты куда? — живо заинтересовался любопытный Чинарский, зная, что опохмелиться он всегда успеет.

— Пошли со мной, если хочешь. — Чтобы сосед ее больше не задерживал, Надя решилась на хитрость. — По дороге расскажу.

— Давай, — быстро согласился Чинарский, у которого особых дел до следующей пятницы не намечалось. — Только подожди секунду. Айн момент.

Он скользнул в магазин, примыкавший к зданию редакции, и через мгновение появился, держа в руках бутылку «девятки».

— Ну, рассказывай, что у тебя за дела?

— Вот. — Надя на ходу протянула ему листок бумаги с двумя едва различимыми компьютерными фотографиями. — На кулинарном сайте обнаружила. Понимаешь, Чинарский, там любой пользователь может добавить свой рецепт с фотографией блюда. Так вот этот кретин опубликовал там это.

— Что-то я не совсем понимаю. — Чинарский прищурил глаза, пытаясь разобрать плохонькую копию.

— Нужно машину налаживать, — бросила Надежда. — Здесь на одной фотке женские груди, обложенные апельсиновыми дольками, а на другой — обезглавленное тело, да еще какое-то полосатое.

— Матроска? — Чинарский повернул голову и вопросительно посмотрел на соседку.

— Не шути так, Чинарский, — покачала головой Надя. — Если это настоящие фотографии, а не монтаж, будет сенсация.

— Так ты о том писала в своей статейке? — почесал он затылок сквозь вязаную шапочку.

— Ага… — машинально кивнула Надя. — Только про груди.

— Ну, ты там еще на зажим прессы жаловалась, — усмехнулся Чинарский. — Мы, мол, журналисты свободной страны, а нам мозги канифолят…

— Вот именно.

— А куда мы идем? — Шаркая подошвами, Чинарский едва поспевал за быстро идущей Надей.

— Туда и идем, где эта… без головы…

— Откуда ты знаешь, где это? — Он сделал два быстрых глотка пива и опустил бутылку.

— Оттуда, Чинарский. Из Интернета, — пренебрежительно бросила Надежда. — Этот придурок и адрес там поместил.

— Ух ты, — покачал головой Сергей Иваныч, — до чего додумался. Может, это розыгрыш какой?

— Сейчас узнаем. — Надя вырвала листок из рук Чинарского, который он безропотно отдал. — Теперь уж они не скажут, что это обычное убийство, теперь уж им придется в полный голос заявить о том, что в городе действует маньяк!

Ее синие глаза воинственно сверкали.

Они зашли во двор, и Чинарский сразу понял, что дело пахнет керосином. Возле среднего подъезда хрущобы сгрудились несколько машин — в том числе «Скорой помощи» и милиции. На лавках сидели пожилые гражданки в вязаных беретах и старички, таращившие на машины свои подслеповатые глаза. Поодаль от стариков и старух стояли несколько бодрых, если не сказать возбужденных, молодых людей, у одного из которых на плече лежала профессиональная телекамера.

— Да здесь целый митинг, — удивился Чинарский.

Он на секунду замешкался, чтобы поставить бутылку на газон. Быстро подхватившись со скамейки, к ней тут же засеменила одна из старушек. Когда Чинарский догнал Надю, она уже стояла в окружении своих коллег. Она показала им копии фотографий, и они начали их обсуждать. Правда, обсуждение быстро закончилось. Кто-то — кажется, телекорреспондент — предложил прямо сейчас отправиться в квартиру и потребовать объяснений.

— Правильно, — поддержала Надя товарища и первой направилась к подъезду.

Казалось, она совсем забыла о Чинарском. Да и он, честно говоря, попав в незнакомую компанию, немного стушевался. Не то чтобы он был такой робкий, а просто не знал, что будет делать в обществе этих молодых людей. Может быть, ему было бы приятнее посидеть на лавочке со стариками, хотя и они не внушали ему доверия. Тем не менее, прикурив сигарету, он двинулся следом за журналистами.

Дудуев открыл дверь и нос к носу столкнулся с голубоглазой блондинкой с косичкой. Блондинка была ничего себе: в блестящей бежевой курточке, пухленькая и, как показалось майору, чересчур бойкая. В ее взгляде майору виделась нерастраченная энергия неофитки. Она еще ничего не сказала, а он уже понял, что придется от нее отбиваться. За спиной блондинки Дудуев заметил парня с телекамерой, которую тот направил на него. Слегка отстранив девушку, майор вышел на лестничную площадку. Он не слишком-то привык к вниманию прессы, поэтому несколько стушевался. Внизу, на лестничном марше, толпились еще несколько человек с диктофонами и блокнотами. Майору показалось, что он заметил какое-то знакомое лицо на площадке между этажами, но рассмотреть его не успел. Блондинка сунула ему под нос диктофон.