Ян Валентин - Звезда Cтриндберга

Дон, конечно, заблудился. Когда он нашел выход с кладбища, сапоги «Др. Мартене» были выше щиколотки в грязи.

Машина была не освещена, и Дон с некоторым облегчением подумал, что водитель, наверное, спит. Но его внезапно ослепил дальний свет. Он прикрыл глаза рукой, подошел к такси и постучал в окно. Стекло поехало вниз.

– А ваша подружка?

– Она еще там, – крикнул Дон, стараясь перекричать дождь.

– А вы знаете, который час? Я уже час здесь торчу как идиот.

– Да, мы…

– А мертвяки?

– Лежат, где лежали, – сообщил Дон.

Водитель что-то сказал, но слова потонули в шуме ливня. У Дона не было никакого желания переспрашивать. Вместо этого он сказал следующее:

– Дело в том… я хочу попросить у вас кое-какие инструменты.

Дон на какую-то секунду засомневался, слышал ли водитель его слова. Наверное, слышал – осклаблился, показав редкие зубы.

– Попросить нельзя, – сказал водитель, глядя на него мученическими похмельными глазами. – Попросить нельзя, а напрокат – можно. За три сотни евро можете взять все, что лежит в багажнике.

Дон подумал, как он будет рассказывать эту историю Эве. Пачка купюр, которую дала ему Хекс, подходила к концу. Он пересчитал деньги, удерживая зонт между плечом и щекой.

– Двести пятьдесят, – сказал он.

– Триста. А если хотите, чтобы я сидел и ждал, пока вы там грабите могилы, – еще триста.

Он облизнулся. Язык у него был синий. Дон отошел немного, чертыхнулся и в свете фар пересчитал деньги еще раз.

– Триста за все, – сказал он, вернувшись к машине.

Водитель взял у него смятую пачку денег, нагнулся и нажал какую-то кнопку. Багажник открылся.

– Что найдете – все ваше. – Шофер с ухмылкой вручил Дону визитную карточку и тут же поднял стекло, чтобы не выстуживать машину.

Под запаской в багажнике лежали несколько больших отверток, связанных в пучок куском провода, как динамитные шашки. Дон сунул их за пояс и, покопавшись еще немного, нашел то, что искал, – карманный фонарик с почти севшей батарейкой. Пока он шел до мавзолея, фонарик успел несколько раз погаснуть, а его оранжево-красного света хватало в лучшем случае на пару метров.

Вернувшись, он обнаружил, что Эва без его помощи отодвинула дощатый щит, прикрывавший подвальный этаж. В помещении вновь распространился отвратительный запах нечистот.

– A groyse shande, – пробормотал Дон, – стыд какой.

Он выбрал здоровенную отвертку с деревянной ручкой и посветил на верхнюю ступеньку лестницы:

– Нехорошо тревожить мертвых…

– Я пойду с тобой, – решительно сказала Эва.

В груди появилась неприятная ноющая боль, и он потянулся к сумке за трамадолом. Пока он выковыривал две таблетки, Эва исчезла в подвале. Дон изо всех сил старался дышать ртом.

Фонарик и в самом деле был на последнем издыхании. Он то и дело гас, и, чтобы вернуть к жизни, его приходилось встряхивать. Дон посветил вниз. Эва стояла на нижней ступеньке лестницы, как раз над уровнем жижи.

– Где саркофаг Мальро? – спросила она.

Он посветил вдоль стены.

– Убит врагом, – прошептала Эва.

– Прошу. – Дон протянул ей отвертку.

Это была маленькая месть, довольно, впрочем, бессмысленная – он прекрасно знал, что искать брод в зловонной жиже придется именно ему.

Они поменялись местами.

Дон опустил ногу в темную воду. Нога сразу стала ледяной.

– Di ale toyte mentshen, – пробормотал он, ведя фонариком по длинному ряду надгробий. – Все эти мертвецы…

Держась за лестницу, попытался нащупать дно. Нога ушла почти по колено, но дна он не достал.

– Скорее всего, здесь неглубоко, – сообщила Эва ободряюще.

Дон буркнул себе под нос пару нецензурных слов и прыгнул с лестницы.

Он оказался в воде почти по пояс. Дно было покрыто вязким илом. Каждый шаг давался с трудом – ил словно присасывал ступни. Стараясь дышать ртом, Дон сделал несколько глубоких вдохов. Ему было очень холодно.

– Посвети хотя бы. – Он протянул Эве фонарик и двинулся вперед.

Оранжевый конус света прыгнул на потолок, потом на воду и остановился на номере 1913. Камилл Мальро. Убит врагом.

Отвертку он держал обеими руками – боялся выронить, настолько его трясло от холода.

– Ты не перестаешь меня удивлять, Дон Тительман.

Он так и не понял, сам ли произнес эти слова или это был голос Эвы.

Дон начал водить пальцами по стене, пока не нащупал некое подобие щели.

Он вставил отвертку в щель и постукал ладонью. Инструмент вошел на сантиметр, не больше.