Ян Валентин - Звезда Cтриндберга

Амфетамин, должно быть, начал действовать – Дон ощутил внезапный прилив бодрости и знакомую сухость во рту.

– Можете сами посмотреть, – сказал Эберляйн и показал на рисунок.

На эскизе были видны пять тонких лучей звезды Себа, словно бы припаянной к поперечине креста сразу под петлей. Рядом – еще один рисунок карандашом: вертикальная проекция. Дон перевернул бумагу и прочитал:

Навигационный инструмент…

сливаются, как лужицы ртути…

Он поднял глаза на Эберляйна:

– Навигационный инструмент?

Он еще раз посмотрел на рисунки. Весь лист был испещрен торопливыми набросками креста со звездой под разными углами, а на рисунке в самом низу листа, над изображением сплавившихся артефактов, было небрежно затушевано синим карандашом полушарие, нечто вроде купола.

– Потом у него получилось лучше, – заметил Эберляйн, дал Дону насмотреться и подвинул еще один лист.

Теперь Нильс Стриндберг рисовал уже без спешки – два следующих эскиза были проработаны гораздо детальнее.

На верхнем рисунке была изображена уже знакомая Дону серо-голубая полусфера, словно куполом накрывшая сплавленные между собой крест и звезду. На полусфере обозначены семь точек, составляющих знакомый с детства рисунок. Словно бы специально, чтобы не оставлять места сомнениям, над самой верхней точкой было написано:

Северная звезда в Крыле Дракона

– Крыло Дракона, – тихо сказал Эберляйн. – Нильс Стриндберг так называл созвездие, которое сегодня принято называть Ursa Minor, Малая Медведица, или Малая Карлова Колесница. – Его палец заскользил по рисунку. – Вот эти две двойных звезды зажглись первыми, Феркад и Кохаб. Эта называется Анвар аль Фаркадин, а эта – Алифа аль Фаркадин. За ними идут Уроделус и Иилдун, и наконец, выше всех – Полярная звезда, или Северная, как ее называет Стриндберг. Звезда, которая всегда стоит в зените над Северным полюсом.

Эберляйн помолчал, разглядывая рисунок.

– Нильс Стриндберг пишет, что это созвездие возникло словно из ниоткуда в тот момент, когда крест и звезда сплавились в единое целое. Ему сначала показалось, что это просто случайные искры от горелки, и он никак не мог уразуметь, почему они ни с того ни с сего повисли в воздухе. Через несколько минут вокруг созвездия возникла первая сфера – вы видели эскизы. Он описал это как ореол вокруг головы святого.

– Вы сказали – первая сфера? – спросил Дон.

Эберляйн кивком показал на нижний рисунок.

Дон провел языком по пересохшим губам и вгляделся. Под небесным сводом с изображением Малой Карловой Колесницы и в самом деле был изображен еще один купол с нанесенным на него контуром, не узнать который было невозможно.

– Он же нарисовал Северное полушарие!

– Он нарисовал вторую сферу, – сказал Эберляйн с нажимом и провел по рисунку одетым в хлопок пальцем. – Сибирское побережье Северного океана. Кольский полуостров. Фьорды на севере Норвегии… Исландия, Свальбард. Шетландские острова… Северное побережье Канады, тундра на Аляске вдоль Берингова пролива. А здесь… – палец вернулся в середину нижней полусферы, – Северный полюс.

– А это что такое? – спросила Эва.

От Полярной звезды к точке рядом с пальцем Эберляйна тянулась тонкая, еле заметная линия.

– А это луч. Когда закончилась реакция, луч от Полярной звезды упал на определенную точку Северного полушария. Нильс Стриндберг сразу решил, что это своего рода указатель.

Они осторожно подняли пожелтевший лист лабораторного журнала поближе к свету.

Луч Полярной звезды на рисунке упирался в точку, помеченную на рисунке крестиком. В свете лампы стало заметно, что таких крестиков не один, а несколько и все они тщательно пронумерованы. Цифры были выписаны на полях.

– После многих неудачных попыток Нильсу Стриндбергу удалось с впечатляющей точностью зафиксировать координаты, куда падал луч, – сказал Эберляйн, когда Дон поднял на него глаза. – Как вы видите, постоянно происходят небольшие отклонения. Прошло немало времени, прежде чем ученому удалось выявить какие-то закономерности.

Немец перелистал еще несколько страниц. Рисунки двух полусфер и таинственного луча становились все более детальными, а в конце обнаружилась тщательно составленная таблица.

Эберляйн провел пальцем по колонкам:

– Это, насколько нам известно, первая сводная таблица, сделанная Нильсом Стриндбергом. Он закончил ее в начале августа 1895 года. Ему приходилось работать очень быстро, потому что реакция продолжалась всего около десяти минут. Потом крест и звезда вновь распадались. Никаких следов сплавления Стриндбергу обнаружить не удалось. И что удивляло его более всего: оба предмета, когда он вынимал их из огня горелки, по-прежнему оставались холодными. Никаких следов сплавления, словно бы ничего и не было!