Сэм Тэйлор - Амнезия

Последнее имя показалось ему странно знакомым. Где же он видел его раньше? Полусонный Джеймс чистил зубы в ванной, и внезапно до него дошло. «Ассоциация Томаса Риала»! В этой ассоциации работал доктор Ланарк!

В гостиной он включил компьютер, вошел в Интернет и ввел в строку поиска имя: томас риал. Ничего. Джеймс вздохнул и сверился с «Философским словарем». Все верно, пишется именно так. Джеймс воспользовался другой поисковой системой. Снова ничего.

Он спустился вниз и налил стакан воды, вернулся наверх, натянул пижаму и уже собрался выключить компьютер, когда заметил в самом низу списка сайтов, где встречались слова «томас» или «риал», еще одну ссылку. «Жизнь и труды Томаса Риала (1900–197?)». Ниже шло название сайта: encyclopaedia-labyrinthus.com. Джеймс мог поклясться, что раньше этой строки не было, впрочем, какая разница? Отбросив сомнения, он нажал на ссылку.

На экране возник список имен. В центре, между «Рейсдаль, Якоб ван (голландский живописец)» и «Лейси, Райан (английский актер)», Джеймс прочел: «Риал, Томас (чешский философ)». Он снова кликнул мышкой, и на экране появился текст:

Томас Грегор Риал, известный драматург, порнограф, поэт, романист, пьяница и бабник, герой и отшельник, но прежде всего философ, отрицавший существование памяти, родился в Г., неподалеку от Праги, на Рождество 1900 года.

Он был единственным ребенком в семье. Отец Томаса Грегор преподавал философию, а мать Патришка много лет была его верной помощницей и секретарем. Об отношениях Томаса с родителями известно мало, но знаменитый иронический пассаж из опубликованного посмертно незавершенного романа «Лабиринт», {1} 1 «Всю жизнь М. глубоко страдал, вспоминая детские годы. Сколько раз оплакивал он худшее из наследств, завещанных ему родителями: привычку в любых обстоятельствах держаться с достоинством, делающую совершенно невозможной попытку переложить на них ответственность за тот ночной кошмар, которым стала взрослая жизнь их сына. М. лишился возможности, столь ценимой истинными художниками, избавиться от своих демонов, найдя козлов отпущения» («Лабиринт» в переводе X. Манна, Нью-Йорк, 1974, стр. 24). который Риал (если верить его дневникам) задумывал как автобиографический, свидетельствует, что детство философа было безоблачным и счастливым.

Окончив немецкую гимназию в Праге (ту самую, в которой за поколение до него учился Кафка), восемнадцатилетний Риал отправился в Берлин изучать философию. Эти четыре года, проведенные в университете, очень важны в биографии философа — в Берлине он впервые узнал цену любви, алкоголю, философии, славе и чувству вины. Впоследствии эти понятия стали определяющими в его жизни.

Именно в Берлине Риал встретил Кирстию Элберг, которая тоже изучала философию и была на два года старше Томаса. Об их отношениях известно мало, сохранились только три письма, но, вероятно, их связь была короткой и прервалась по инициативе Элберг, мучимой чувством вины. {2} 2 Элберг была помолвлена с французским аристократом Лореном де Силва, впрочем, позднее помолвка была расторгнута. Они остались близкими друзьями, однако, если судить по тому, как Риал описывает в «Лабиринте» чувства М. к своей подруге Карине, Томас никогда не переставал любить Кирстию, и на протяжении двух-трех лет их отношения то прерывались, то снова возобновлялись, пока в 1923 году не наступил окончательный разрыв. Мы не знаем, было ли известно Риалу о судьбе его первой возлюбленной, {3} 3 Согласно некоторым (неподтвержденным) сведениям, она погибла во время крушения поезда в 1930 году. но ее имя упоминается в его дневниках, письмах и стихах до последней строчки, написанной им в августе 1970 года.

Следует заметить, что непостоянство Риала в любовных отношениях во многом объясняется его пьянством. Дневники этого времени — разрозненные, изобилующие пропусками — содержат множество эпизодов, связанных с потерей памяти, вызванной отравлением спиртными напитками. Более дюжины раз встречается запись о том, как Риал просыпается в неизвестном месте и не может вспомнить, почему там оказался. Из отдельных намеков в дневнике можно догадаться, что Томас злоупотреблял абсентом, чем отчасти объясняется частота и продолжительность провалов в памяти, {4} 4 Однажды Риал «проснулся» посреди бела дня на оживленной улице незнакомого города (Амстердама), совершенно не помня, чем занимался предыдущие пять дней. а также постепенное ухудшение зрения, приведшее в конце жизни почти к полной слепоте. Некоторые недоброжелатели Риала утверждают, что эти эпизоды и побудили философа высказать весьма спорную мысль о том, что «все утратили память, а то, что мы рассказываем друг другу о себе каждый день, — не более чем вранье». {5} 5 Томас Риал, «О невозможности вспомнить» в пер. X. Манна (Нью-Йорк, 1970, стр. 3). Они не готовы признать, что описываемое состояние присуще каждому человеку, считая его всего лишь воплем о помощи серьезно больного индивидуума. С тем же успехом критики Риала могли бы адресовать свои упреки к таким великим писателям, как По или Кафка.