Стюарт Вудс - Перевертыши

— У меня будет еще одна маленькая просьба — ничего не делать с моим подарком.

— Конечно.

— Мне бы хотелось, чтобы вы засвидетельствовали мое завещание.

— Хорошо. Я была в гостинице, когда к вам на днях приезжал адвокат. Жермен думала, что вы пригласили его как раз для составления завещания.

— Адвокат не подготовил его. Я сделал все сам. Я вам уже говорил, что учился на адвоката, так вот после состоявшегося в начале этой недели визита я решил, что больше не нуждаюсь в адвокатах, — Ангес даже покраснел, вспомнив о Читхэме. — Знаете, что этот сукин сын хотел сделать?

— Успокойтесь, пожалуйста, — остановила его Лиз, накрыв своей ладонью его руку. Ангес глубоко вздохнул. — Он привез сюда конгрессмена и еще одного члена правительства для того, чтобы… Ну, в общем, конгрессмен хочет протолкнуть на рассмотрение конгресса свой законопроект, согласно которому Камберленд превратится в Национальный парк. Хочет заплатить мне тридцать миллионов долларов за это.

Лиз промолчала.

— Они сказали, что это станет памятником мне. Вот идиот.

— Могу представить, что вы им сказали в ответ, — заметила Лиз.

— Я выгнал своего адвоката, а конгрессмена послал к чертям собачьим и сказал ему следующее: сказал, что я сам составлю завещание, в котором обязательно будет иметь место поправка о том, что пятьдесят тысяч долларов поступит в фонд того общества или компании, которая станет противником любого члена конгресса или сенатора, представившего такой законопроект в конгресс.

Лиз расхохоталась.

— О, да это же прекрасно! И что же он сказал?

— Он сказал, «конечно же, мы обязаны уважительно отнестись к намерениям мистера Драммонда».

Лиз снова рассмеялась.

— А я как сказал, так и сделал. Я внес в завещание статью с такой оговоркой.

— Ну и хорошо, — похвалила его Лиз.

— Только не подумайте, что я составил эту статью второпях. Потому что на самом деле это совершенно не так. Я прорабатывал этот документ целый месяц и добился того, чего хотел. Я усложнил его настолько, сколько это было возможно. И теперь надеюсь, никому не удастся произвести какие-то радикальные изменения на острове. Когда Элфред Драммонд получил в дар этот остров, он узаконил право на владение островом себе и всему своему семейству. А мы, Драммонды, обосновавшись здесь на долгие века, оказались на редкость плодовитыми и стали передавать этот остров от одного поколения другому.

— Это ваша собственность, мистер Драммонд. И вы вольны поступать с ней, как только вам хочется.

— Умница, — сказал Ангес, широко улыбаясь. — А теперь послушай меня. Этот документ является моим последним волеизъявлением и завещанием, которое я составил, находясь в здравом уме, да и теле тоже. Я составил его, не будучи в подпитии или тронувшись разумом, и, насколько я могу судить, выражаю желание всех членов моей семьи. Это вам, надеюсь, понятно?

— Да, конечно.

Вытащив старую паркеровскую ручку, он подписал этот документ. Затем, указав на место, отведенное для подписи, Ангес обратился к Лиз:

— Распишитесь здесь, в этом месте, и поставьте дату.

Лиз так и сделала.

— Почему именно меня вы выбрали для того, чтобы заверить ваше завещание?

— Потому что вы сейчас единственный человек на острове, который не преследует личные корыстные цели в отношении этого острова.

— Истинная правда, но разве не требуется присутствия двух свидетелей для подписания вашего завещания, с тем, чтобы оно приобрело законную силу?

— Абсолютно верно. В штате Джорджия необходимо присутствие двух свидетелей. Не волнуйтесь, второго свидетеля я тоже найду до того, когда уже будет слишком поздно. — Он подошел к письменному столу и убрал заверенное Лиз завещание. — Хватит говорить о делах. Теперь снова будем пить коньяк. Я ничего не рассказывал вам о коньяке?

Далеко за полночь Ангес Драммонд проводил Лиз вниз по ступенькам замка Дангнесс, усадил в «джип» и поцеловал в щеку.

— Не волнуйтесь, на дороге сейчас нет полицейских, отлавливающих нетрезвых водителей.

Лиз приподнялась с сиденья, крепко поцеловала старика в губы.

— Спасибо, Ангес, за вкусный ужин, за прекрасный вечер и за все, что находится в этом конверте.

В приподнятом настроении Лиз возвращалась в Стэффорд-Бич. Добравшись до дома, она почувствовала нетерпимую жажду и пошла к холодильнику за бутылкой холодной минеральной воды. Напившись, Лиз направилась в спальню, думая о голоде иного рода. К сожалению, Кейра не было. Да, подумала она, я слишком далеко зашла.