Шарлотта Линк - Эхо вины

Продиктовав свой номер, Грейс положила трубку.

«Господи ты боже мой, – лихорадочно думала она. – Мне доверили семилетнего ребенка, а я… А я просто улеглась спать. И спала так крепко, что ничегошеньки не слышала, просто отключилась! Если что-нибудь случится, я себе этого не прощу никогда. Но все-таки не должно было ничего случиться. Нет, не должно! С чего бы это, сама посуди? Зачем сокрушаться раньше времени? Чушь, чепуха. Ничего не случилось. Это все грипп, горячка, именно они сводят тебя с ума».

Чтобы занять себя хоть чем-нибудь, Грейс поставила чайник. Когда она опускала в чашку пакетик шалфея, зазвонил телефон.

– Это Ливия Мур. Мне очень жаль, миссис Уолкер, но Ким нигде нет. Я обошла весь дом.

У Грейс внутри все упало.

– Не может быть! – вырвалось у нее.

– Честное слово! Я заглянула во все углы! – заверила Ливия.

Женщины помолчали.

– Мне… мне очень плохо, – сказала Грейс наконец. – У меня высокая температура. Иначе я не улеглась бы в постель среди бела дня.

– Наверное, она в парке, – предположила Ливия.

– Но ведь уже совсем темно!

– Тем не менее. Девочка может и не чувствовать времени. К горлу Грейс подступила тошнота.

– Я представить себе не могу… Бог ты мой, ребенку всего семь лет…

– Может быть, мне прийти к вам? – участливо спросила Ливия. – Вам, наверное, требуется помощь?

– Было бы очень мило с вашей стороны, – всхлипнула Грейс.

Конечно, она не очень-то жаждала оказаться в обществе незнакомой женщины, но все-таки лучше иметь под рукой хоть кого-нибудь, с кем можно поговорить. Пусть даже это будет та странная особа из Германии.

Джек. Ах, если бы только дома был Джек!

Положив трубку, Грейс заварила себе траву, затем решительно набрала номер Джека. Мобильный у него был выключен, но ей удалось застать мужа в гостиничном номере в Плимуте.

– Как твои дела? – тут же спросил Джек.

– Ох, плохо, совсем плохо. Ким пропала!

– Как это?!

Грейс разразилась слезами:

– Я прилегла и отключилась и проспала часа три. Ким собиралась смотреть телевизор… но ее нигде нет… Нигде!

– Может быть, она в доме родителей…

– Там ее тоже нет!

– Слушай сюда! – приказал Джек. – Ну-ка, возьми себя в руки! Девчонка обязательно найдется. Где-нибудь спряталась, да и все дела!

– Она была такая печальная, – всхлипывала Грейс. – Потому что первый школьный день, а мамашка ее так и не явилась… Ким надеялась, что я буду оборачивать с ней учебники, но я забыла купить для этого бумагу. Она так расстроилась, и…

– Ну и что с того? Ишь, расстроилась, – рявкнул Джек. Грейс понимала, что он тоже волнуется, но просто скрывает это за грубостью.

– Может быть, от расстройства и тоски она убежала куда глаза глядят?

– Елки-моталки, – хмыкнул Джек.

– А вдруг она попалась на глаза той сволочи, которая… который… – продолжала Грейс, хотя Джек давно понял, к чему она клонит. Хватая воздух ртом, она замолчала.

– Бред, – отрезал Джек грубо. Таким тоном он разговаривал всегда, когда что-нибудь особенно действовало ему на нервы. – Грейс, я бы с удовольствием пришел тебе на помощь, но что я сейчас сделаю? Скоро ночь, и даже если я сейчас помчусь назад как угорелый…

– Не вздумай! Тебе нужно выспаться!

– Слушай, я не знаю, в каком ты состоянии. Но, может быть, ты сумеешь походить по парку, поискать ее там. У Ким там полно тайников, укромных местечек… Возьми карманный фонарик…

Грейс тихонько застонала. Она была вовсе не способна с такой температурой, с таким гриппом пускаться на поисковую операцию по гигантскому лесопарку.

– Я попрошу об этом Ливию.

– Это еще кто?

– Это… ой, это слишком сложно. Потом объясню. Джек…

– Да?

– Мне страшно…

– Пришла беда – отворяй ворота, – проворчал Джек. – Слушай, сразу же позвони мне, если будет что-то новое, ладно?

– Да-да, конечно.

– И знаешь, что, Грейс…

– Что?

– Позвони мне и в том случае, если не будет ничего нового, поняла? Я просто хочу… Ах ты, елки зеленые! Я так и знал, что мне не надо было ехать!

Ливия трижды предлагала обойти парк с карманным фонариком в руках и поискать там Ким, и трижды она брала свое предложение обратно.

– Не знаю… участок такой огромный, – боязливо ежилась она. – Боюсь, что я в конце концов заблужусь сама и не выберусь оттуда!

Между тем на улице стало темно, хоть глаз выколи. Грейс поняла, что у Ливии не хватает духа ходить ночью по лесопарку и что она ни за что не пойдет туда одна.