А сам думал, как быстро он может отсюда уйти. Ему нужен был телефон… но он не хотел пользоваться телефоном Милли. Есть некоторые вещи… некоторые вещи, которые ему, возможно, придется сделать… он ни в коем случае не хочет, чтобы Милли об этом знала.
Двадцать минут спустя он уже звонил из круглосуточного магазина.
— Мне плевать, что сейчас поздно, — сказал лидер партии тому, кому звонил. — Я говорю, чтоб ты сейчас же приехал в центр, я буду ждать тебя в ресторане «Джаспер».
Бледный молодой человек в очках с черепаховой оправой, которого вытащили из постели, нервно вертел в руке ножку бокала.
— Я, право, не знаю, смогу ли я это сделать, — жалобным тоном произнес он.
— Апочему? — спросил Брайан Ричардсон. — Ты же работаешь в департаменте обороны. Тебе достаточно сделать запрос.
— Все не так просто, — ответил молодой человек. — Это же засекреченная информация.
— Какого черта! — убеждал его Ричардсон. — Такое старье… да для кого это все еще имеет значение?
— Явно для вас, — сказал молодой человек, демонстрируя, что он вовсе не глуп. — Это-то в известной мере меня и беспокоит.
— Даю тебе слово, — сказал Ричардсон, — что, как бы я ни использовал информацию, к тебе это никогда не приведет.
— Но это будет трудно даже найти. Старые папки хранятся в задних частях зданий, в подвалах… На это может потребоваться не один день, а то и недели.
— Это уже твоя проблема, — отрезал Ричардсон. — Вот только недели я ждать не могу. — Он поманил официанта. — Еще раз то же самое.
— Нет, благодарю, — сказал молодой человек. — Мне достаточно.
— Как хочешь. — Ричардсон кивнул официанту. — В таком случае одну порцию, и все.
Когда официант отошел от них, молодой человек сказал:
— Мне жаль, но, боюсь, ответ будет «нет».
— Мне тоже жаль, — сказал Ричардсон, — потому что твое имя стало приближаться к верхней строке списка. — Помолчал. — Ты знаешь, о каком списке я говорю, верно?
— Да. Знаю.
— Мне немало приходится заниматься подбором кандидатов в члены парламента. Собственно, есть люди, которые говорят, что я, по сути, подбираю всех новых кандидатов из нашей партии, которых потом выбирают.
— Да, я тоже такое слышал.
— Конечно, последнее слово за местной организацией. Но они, как правило, поступают так, как рекомендует премьер-министр. Или как я рекомендую премьер-министру.
Молодой человек промолчал. Он провел по губам кончиком языка.
Брайан Ричардсон тихо сказал:
— Заключаю с тобой сделку. Сделай это для меня, и я поставлю твою фамилию во главе списка. И не на место кого-то из стариков, а на такое, где ты непременно пройдешь.
На щеках молодого человека появились красные пятна, и он спросил:
— А если я не сделаю того, о чем вы просите?
— В таком случае, — мягко произнес Ричардсон, — я гарантирую, что, пока буду в партии, ты никогда не будешь сидеть в палате общин и никогда не будешь кандидатом на какое бы то ни было место, которое ты надумаешь завоевать. Будешь ходить в помощниках, пока не сгниешь, и все деньги твоего отца ничего тут не изменят.
Молодой человек с горечью произнес:
— Вы предлагаете мне начать политическую карьеру с разложения.
— На самом деле я оказываю тебе услугу, — сказал Ричардсон. — Приоткрываю тебе некоторые факты жизни, которые иные люди обнаруживают лишь через многие годы. — Официант снова подошел к ним, и Ричардсон спросил: — Ты уверен, что не передумал и не выпьешь еще?
Молодой человек осушил бокал.
— Хорошо. Выпью.
Когда официант отошел от них, Ричардсон спросил:
— Если считать, что я правильно поступаю, сколько тебе потребуется времени, чтобы добыть то, что мне нужно?
— Ну… — Молодой человек медлил. — Я думаю, пара дней.
— Да не унывай ты! — Брайан Ричардсон похлопал его по колену. — Через два года ты даже и не вспомнишь, что такое вообще было.
— Да, — с несчастным видом сказал молодой человек. — Этого-то я и боюсь.
Глава четырнадцатая
«Задержан и депортирован»
С рабочего стола Алана Мейтленда на него смотрел приказ о депортации Анри Дюваля.
…сим приказываю вам быть задержанным и депортированным в то место, откуда вы прибыли в Канаду, или в ту страну, к которой вы принадлежите или гражданином которой являетесь, или в страну вашего рождения, или в страну, которая может быть одобрена…
Со времени специального расследования, проходившего пять дней назад, этот приказ не выходил из головы Алана, так что он с закрытыми глазами мог воспроизвести его по памяти. И он часто повторял слова приказа, пытаясь найти в казенной фразеологии крошечную дырочку, малюсенькую слабость, ямку, в которую можно было бы воткнуть прощупывающий зонд закона.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу