Потом он сообразил, что час уже довольно поздний. Эдельман едва ли еще на работе, а его личный номер держится в тайне. Но погодите-ка… Эдельман также заведует чем-то под названием «Эклиден» – учреждением для детей-аутистов с особыми талантами, – и Франс попробовал позвонить туда. После нескольких гудков ему ответила дама, представившаяся сестрой Линдрус.
– Извините, что беспокою в такой поздний час, – сказал Бальдер. – Я ищу профессора Эдельмана. Не задержался ли он случайно на работе?
– Да, он здесь. В такую непогоду никому домой не добраться. Как вас представить?
– Франс Бальдер, – ответил он и добавил в надежде, что это поможет: – Профессор Франс Бальдер.
– Подождите минутку, – попросила сестра Линдрус. – Я посмотрю, не занят ли он.
Франс устремил взгляд на Августа, который вновь взялся за фломастер и явно сомневался, что несколько разволновало Франса, словно это был недобрый знак.
– Криминальная группировка, – снова пробормотал он.
– Чарльз Эдельман слушает, – произнес голос в телефоне. – Я действительно говорю с профессором Бальдером?
– Именно с ним. У меня к вам маленький…
– Вы не представляете, какая это для меня честь, – продолжил Эдельман. – Я только что вернулся домой с конференции в Стэнфорде, и там мы как раз говорили о ваших исследованиях в области нейронных сетей, да… мы даже подняли вопрос о том, не можем ли мы, неврологи, через исследования искусственного интеллекта узнать кое-что о мозге окольным путем. Мы поинтересовались…
– Я очень польщен, – перебил его Франс. – Но дело в том, что у меня есть маленький вопрос.
– О, правда? Вам нужна какая-то помощь в ваших исследованиях?
– Нет-нет, но мой сын – аутист. Ему восемь лет, а он по-прежнему не говорит ни слова. Но на днях мы проходили мимо светофора на Хурнсгатан, и потом…
– Да?
– Он сел и нарисовал его с невероятной скоростью – и совершенно идеально. Просто поразительно!
– И теперь вы хотите, чтобы я приехал и посмотрел на его работу?
– Мне было бы очень приятно. Но я звоню не поэтому. Я волнуюсь. Я прочел, что рисунки, возможно, являются его языком общения с внешним миром и что если он научится говорить, то может утратить свой талант. Один способ выражать себя может замениться другим.
– Вы, конечно, прочли о Надии.
– Откуда вы знаете?
– О ней всегда говорят в таких случаях. Но успокойтесь… могу я называть вас Франсом?
– Разумеется.
– Отлично. Франс, я безумно рад, что вы позвонили, и могу сразу сказать, что вам не о чем волноваться, – напротив. Надия является лишь исключением, подтверждающим правило, только и всего. Все исследования показывают, что языковое развитие скорее углубляет талант саванта. Возьмите хотя бы Стивена Уилтшира – вы ведь наверняка о нем читали?
– Это тот, что нарисовал практически весь Лондон?
– Именно. Он развился во всех отношениях: и в творческом, и в интеллектуальном, и в языковом. Сегодня его считают большим художником. Так что чувствуйте себя спокойно, Франс. Случается, конечно, что дети утрачивают талант саванта, но это чаще всего связано с чем-то другим. Им надоедает, или с ними что-нибудь случается… Вы ведь читали, что Надия одновременно лишилась матери?
– Да.
– Возможно, это и явилось настоящей причиной. Ну, правда, наверняка ни я, ни кто-нибудь другой не знает. Но едва ли дело в том, что она научилась говорить. Других документально подтвержденных примеров аналогичного развития почти нет, и я говорю это не просто так – или потому, что как раз в этом заключается моя собственная научная гипотеза. Сегодня большинство ученых сходится на том, что саванты только выигрывают от развития своих интеллектуальных способностей во всех областях.
– Вы это серьезно?
– Абсолютно.
– Он еще хорошо разбирается в цифрах.
– Неужели? – удивился Чарльз Эдельман.
– Почему вы так говорите?
– Потому что у савантов художественная одаренность крайне редко сочетается с математическим талантом. Здесь речь идет о двух разных видах способностей, они вовсе не родственны и даже иногда, похоже, блокируют друг друга.
– Но это правда. В его рисунках присутствует некая геометрическая точность, как будто он сумел рассчитать пропорции.
– Крайне интересно… Когда я могу встретиться с ним?
– Даже не знаю… Я хочу, прежде всего, попросить совета.
– Тогда совет несомненен: вкладывайтесь в мальчика. Стимулируйте его. Пусть развивает свои таланты всеми способами.
Читать дальше