Папа встретил Орлова очень настороженно, вероятно опасаясь, что тот будет претендовать на лидерство в семье, но, увидев, что Влад к этому не стремится, да еще и жить будет отдельно, быстро успокоился и начал воодушевлено планировать, какую свадьбу он закатит в деревне. И подоплека его мечтаний была мне видна, как на ладони: еще бы! У него не только появился, наконец-то, долгожданный внук, но и при законном зяте, и не абы каком, а военном летчике, полковнике – то-то он утрет нос Федору, нашему живущему в той же деревне родственнику, чья дочь, родив без мужа, привезла ребенка к родителям.
– Ну, Владислав, ты родителям-то сообщил, что женился? – спросил папа. – Так некому сообщать, Василий Трофимович – я в детдоме вырос, – спокойно ответил Орлов.
– Ты детдомовский?! – потрясенно переспросил отец. – И полковником стал?! До командира полка дошел?! Ну, ты даешь! – восхищенно воскликнул он. – Тогда мы с тобой из Игоря такого мужика воспитаем, что он у нас генералом станет! – папа немного подумал и предложил: – Ну, коль нам никого ждать в гости не приходится, то предлагаю свадьбу на следующее неделе сыграть, под выходные. Заодно и внука окрестим в нашей церкви.
Но я, услышав это, категорически воспротивилась – только такого позора мне не хватало: закатить свадьбу, а потом быстренько развестись – и решительно заявила:
– Во-первых, папа, Игорек уже крещеный – его еще в Москве окрестили, когда Павел туда по делам приезжал, он-то и стал ему крестным отцом, а крестной матерью – Лидия Сергеевна. А, во-вторых, ты на наше с Владом здоровье посмотри, да и сынуля совсем крошечный и слабенький. Дорога же туда мало того, что разбитая, так еще часов пять-шесть ехать придется. Нам ее не вынести. Ты, что, хочешь, чтобы мы все свалились? А вот я этого не хочу и не допущу!
Услышав такое, папа расплылся в довольной улыбке – еще бы! Крестным его внуку стал не кто-нибудь, а сам граф Матвеев! Но открытым оставался еще вопрос со свадьбой, и папа вопросительно посмотрел на Орлова, который просто развел руками.
– Командирша ты у меня! – одобрительно заявил папа. – Нашей породы, луковской! Ладно, терпит. До весны подождем, когда дороги подсохнут. А то не по-людски как-то получается – без свадьбы-то. Не поймут нас в деревне.
И на следующий же день он снова уехал в деревню, не в силах расстаться со столь любезным его сердцу занятием – откормом кабанчиков, заявив на прощанье:
– На чужих людей хозяйство не бросишь! Буду приезжать, когда получится. Узнав о нашем возвращении, к нам потянулись гости, чтобы и Игорька посмотреть, и нас с Орловым поздравить, так что маме и бабе Варе работа хватало – угощение готовить. Влад ходил за мамой, как хвостик, и тоже торчал на кухне: он и тесто месил, и мясо крутил, и пельмени с ними вместе лепил, причем все это под классическую музыку – его музыкальный центр прочно обосновался именно там. Но очень часто Орлов бросал все и шел в мою комнату, где усаживался рядом с сыном, который таращил свои голубые, точно такие же, как и него самого, глаза на этот незнакомый и непонятный ему мир, и говорил, словно гладил: «Гошка! Ты же мой Гошка!». А уж, когда сынуля хватал его за палец и крепко держал, лицо Влада становилось таким довольным и глупо-счастливым, что я спешила тут же выйти из комнаты, потому что от мысли о том, что все это временно и скоро закончится, мне становилось так больно и горько, что я боялась разрыдаться прямо при Орлове и выдать себя. Влад два дня честно уходил ночевать в усадьбу, а потом как-то незаметно освоил маленькую комнатку на первом этаже окнами в пока еще несуществующий сад, на что я только тоскливо вздохнула – сбывались мои наихудшие предположения, что мне все-таки придется жить с ним бок о бок – вот мука-то!
Однажды, взглянув в окно, Влад удивленно воскликнул:
– А это что за кавалькада?
Я посмотрела туда же и рассмеялась: около дома остановился мой служебный джип «Мицубиси», а за ним еще два.
– Это мои лягушонки в своих коробчонках приехали! – объяснила ему я и пошла открывать дверь.
В дом ввалились Семеныч и Вячеслав с Сергеем, а за ними шли еще семь парней, высокие, крепкие, накачанные, они производили очень внушительное впечатление.
– Принимайте парад, Елена Васильевна! – сказал Семеныч, обращаясь ко мне так, как мы привыкли в официальной обстановке – вообще-то, мы на «ты». – Вот оно, наше пополнение, с вашей легкой руки приобретенное! – и ребята стали представляться, осторожно пожимая мне руку.
Читать дальше