Иван Сербин - Дикие псы

— Больно, — прошептал он пересохшими губами. — Очень больно.

— Ч-ш-ш, — прошептал, наклоняясь, оперативник. — Все кончилось, Витя. Все уже кончилось. Он подхватил раненого на руки и решительно зашагал к Тверской, ожидая выстрела в спину. О заложнике договоренности не было. Оперативник уходил все дальше, а над площадью висела тишина…

— Доброе утро. Славик открыл глаза, повернул голову и… увидел Милку. Тщательно причесанная, подкрашенная, она накрывала на стол. Вот это уже было ново. Они-то с Артемом привыкли по-холостяцки. Продукты — грудой, кружки с кофе, чаем или молоком, сушки вывалить прямо на пакет. А тут салфеточки какие-то, все аккуратно, чистенько. Славик прикрылся одеялом, сел, потянулся за сигаретами. Артем тоже проснулся, приподнялся на локте, изумленно лупая припухшими глазами, озадаченно разглядывая стол. Через широкую веснушчатую физиономию протянулся ярко-красный рубец — след от подушки. Выглядело очень забавно.

— Ух ты, — только и сказал он. Славик шмыгнул носом, выдохнул, прикурил.

— Вставайте, мальчики, завтракать пора, — улыбнулась Мила и потрепала Димку по плечу: — Дима, Дим…

— Оставь его. Пускай спит, — Славик широко зевнул, прикрыв рот ладонью, передернул плечами. — Милк, джинсы подай. Пойду умоюсь. Он натянул брошенные девушкой джинсы, повесил на плечо полотенце, подхватил пакет с зубной пастой и щеткой и пошлепал в умывальник. После утреннего туалета Славик долго разглядывал в узкое зеркальце острый, синий от лезущей щетины подбородок, решая, а не побриться ли ему. В умывальник вошел Артем, встал рядом.

— Здоро‹$Esize 8 {up 20 back 35 prime}›во, — привычно бросил он.

— Привет, — отозвался Славик. — Как спалось?

— А-а-а, — здоровяк сморщился, мотнул головой и принялся плескать в лицо холодной водой.

— Понятно. Артем выдавил пасту на щетку, активно и тщательно начал чистить зубы.

— И хомехехий хехихый мохо охахить? — вдруг спросил он.

— Чего? Здоровяк вытащил щетку изо рта, сплюнул пасту.

— И «Коммерческий кредитный» можно ограбить? — повторил он. — Который на Смольной?

— На свете нет банка, который нельзя было бы ограбить, — спокойно ответил Славик, разглядывая собственное отражение в зеркале. — Не существует. Все банки и системы безопасности в них создаются и обслуживаются людьми. А на каждый болт, как известно, имеется своя гайка. Так-то, брат.

— Вот если бы еще и не сесть, — здоровяк вздохнул. — В зоне плохо. Я знаю. У меня батя сидел. Два раза. Четыре года и шесть.

— Подумай, — очень ровно принялся объяснять Славик. — Большинство преступников попадаются из-за того, что либо чего-то не предусматривают, либо кто-то когда-то нечто похожее уже совершал. Срабатывает стереотип. Следователю остается порыться в архивах, найти подходящий вариант, выявить людей, имевших отношение к делу, проверить всех, кто имел доступ к информации, остальное — дело техники. Сложно, кропотливо, но вычислить можно. Так вот что я тебе скажу дальше. В нашей стране банки не грабили уже лет восемьдесят. Инкассаторов грабили, а банки — нет. Так что сравнивать им будет не с чем. Никто из нас прежде по уголовным делам не проходил. Единственное, на чем нас теоретически можно подловить, — это деньги. Так мы же не дураки, не станем держать их при себе. Почувствуем неладное — заляжем на дно. Алиби обеспечим. Пусть попробуют что-нибудь доказать.

— А если и у нас сработает? Этот… стереотип? Как тогда?

— Не сработает, — жестко ответил Славик. — Мы все придумаем сами. Не из фильмов или, допустим, книжек будем брать, а сами. От начала и до конца. Артем подумал, кивнул утвердительно и снова принялся чистить зубы.

— Не пойдет, — прошамкал он минуту спустя. — Нет, то есть ограбить-то можно было бы, но попадемся. Точно.

— Как скажешь, — Славик досадливо цыкнул зубом. — Только больше не заводи разговоров на эту тему. Мы не дети. Нет — значит, нет. Когда Славик вернулся в комнату, Милки не было. Зато Димка отреагировал на появление приятеля: вздрогнул и тут же задышал старательно ровно и глубоко, притворяясь спящим. Он явно не спал, хотя и не хотел, чтобы кто-то приставал к нему с разговорами, — первый признак надвигающейся депрессии. Славик присел к столу, налил кофе, спросил негромко и жестко:

— Долго валяться будешь? — Димка не ответил. — Думаешь, если так и лежать, деньги на тебя с неба упадут? Или надеешься на наследство? Родственники-миллионеры за бугром у тебя имеются? Нет? Тогда чего вылеживаешь? Димка вдруг резко повернулся, с ненавистью уставился на Славика.