"Сколько же их здесь?!" - он так и не понял - вслух он воскликнул или про себя, но зато понял, что дрожит абсолютно всем телом. В голове у него все поплыло: и деревья, и небо, и темный лес, и яма, и мешок. Он никак не мог сосредоточиться и ничего не предпринимал минуты две. Просто притулился к краю ямы и обессилел.
Но скоро инстинкт будто прошептал где-то внутри его: "сматывайся скорее!" И тогда Афанасий заметался: он выдернул из ямы мешок и помчался с ним к машине, не чувствуя тяжести, закинул свою находку на заднее сиденье, схватил кусачки и молоток и снова к яме. На земле он увидел несколько выпавших из мешка пачек, но решил их подобрать позже. Он сразу осознал, что сундук одному ему не извлечь, и что лучше его вскрыть в яме. Там и колотил он по нему, что есть мочи, прямо по крышке и железу. Но это была бесконечная затея - вещь оказалась добротной и не помогал даже топор.
Тогда он снова принялся копать, временами останавливаясь и вслушиваясь в наступившую темноту.
С одного боку обнаружился висячий замок, кусачками замочные петли было взять нельзя, и тогда вновь застучал топор, высекая из железа искры. Афанасий совершенно ополоумел, во что бы то ни стало решив добиться своего. Первобытный варвар и вандал проснулись в нем и завладели его воспаленным сознанием. Им было начихать, что звуки далеко разносятся, что сундук антикварная редкость, что в любой момент у ямы может появиться кто угодно и запросто проломит голову. Одна лишь цель - добраться и заполучить - двигала варваром и вандалом. Они, словно два черта, прыгали и плясали внутри Афанасия, так же страстно и безумно, как тысячелетиями они громили и заполучали города и их богатства. И ни одна здравая мысль не шептала уже внутри его: беги, Афанасий, на твой век и того хватит. Он бы лучше все отдал, чем не добрался до содержимого сундука.
И добрался. Правда, сильно поранил палец, так что все заляпал кровью, и, когда открыл крышку, то был дико разочарован - ибо сверху лежали какие-то свитки, футляры, какие-то папки и просто листы. Но зато на самом дне - мешочки с чем-то тяжеленьким. В одних оказалось золото - песок и самородочки, в других алмазы. Эти мешочки, завернув в целлофан, и подхватил Афанасий, потащил к машине, и только тут почувствовал, что кровь хлещет из раны.
Какой-то тряпкой он долго пытался сделать повязку. Весь в грязи, в крови, он повторял про себя, что все будет тип-топ, что все пустяки и нужно лишь быстрее смотаться с этого чудесного "пиратского" места. Кровь остановилась сама собой, Афанасий побросал мешочки на переднее сиденье и сел в машину.
Почти мгновенно в его голове родился план: ехать с таким грузом в город нельзя, вдруг остановят, нужно все перепрятать, уже темно, лучше это сделать у водоема.
Так он и сделал. Несмотря на темень, ушел подальше от пруда в лес и закопал добычу, припорошил листвой следы и настрогал на деревьях маленькие отметины. У водоема отмылся, покурил, борясь с желанием пересчитать содержимое двух пачек, что оставил при себе. Он как-то перестал бояться, налился эдакой значимостью, почувствовал себя содержательным и достойным всего, что сумел совершить в этот вечер.
Он вспомнил, о забытых у ямы фонарике и инструментах, да и в принципе, решил забрать бумаги, что лежали в сундуке - может, они ценные - чего им пропадать. Ему почему-то казалось, что за сундуком никто никогда не вернется - будто он действительно открыл клад каких-нибудь давно повешенных на реях пиратов. Совершенно открыто он притормозил у ямы, перегрузил в салон бумаги и футляры и стал засыпать пустой сундук землей. На это ушло не так уж много времени, и скоро он уже выбирался на большую дорогу.
Подъехал он к повороту в тот момент, когда сюда же подкатил черный "мерседес" с тонированными стеклами. Афанасий ещё подождал, когда тот проскочит, но "мерседес" притормозил и обозначил правый поворот.
"Вот те на! - обожгло Афанасия. - Неужели они?!"
"Мерседес" был черен и казался пустым. Афанасий нажал на газ и быстро выскочил на асфальт. "Гони!" - закричал ему животный страх, и правая нога до предела вдавила педаль.
В зеркальце он увидел, как "мерседес" скатился с шоссе и провалился во мглу.
Нужно было срочно свернуть, совершенно понятно, что его спокойно догонят, когда обнаружат, что клад был вырыт. Увидят следы от машины, комья земли... "А где фонарик?! А я же не подобрал выпавшие пачки! Ах, придурок! А где топор?! Они могли запомнить номер машины!"
Афанасию стало плохо, в груди так сдавило, что он физически ощутил, как от этого давления вот-вот и лопнет сердце.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу