— Я нисколько не сомневаюсь в ваших побуждениях, — сказала старушка. — Эта тревога делает вам честь, Василий Яковлевич. Но не всё так печально, знаете ли. Есть варианты…
— То есть?
Она бледно улыбнулась. В голосе звучало даже некоторое торжество:
— Представьте себе, появилась возможность создания музея на основе мастерской… Только подробностей я вам пока не открою и не просите — и потому, что меня настоятельно просили, и из чистого суеверия…
Будто над ухом выпалили из парочки стволов! Он подобрался как волк перед прыжком, он стал собранным, но внешне это, конечно, никак не проявилось, поза осталась столь же небрежной, а выражение лица — столь же безмятежным. Мысли прыгали лихорадочно. Означает ли это, что бабку кто-то обхаживает? Невозможно ж поверить, что у городских чиновников вдруг ни с того ни с сего вспыхнуло наконец желание бескорыстно уберечь нешуточные культурные ценности — не замечалось за ними отроду такого альтруизма и филантропии. Кампаний по сбережению культурного наследия Шантарска не намечается, никто, облечённый властью, ситуацией не озабочивался, сверху указаний не поступало… Ох, не нравится всё это… Но бабульку пытать бесполезно, уж ежели интеллигентка старого закала дала кому-то слово держать всё в тайне, так и будет…
— И даже намекнуть не можете?
— Не могу, Василий Яковлевич, уж простите…
— Ну что ж, — сказал он по-прежнему бесстрастно. — С одной стороны, я даже рад, честное слово — что ничего с картинами не случится и беспокоиться об их судьбе не следует… С другой… Вы уверены, что здесь нет авантюры, мошенничества, тому подобного?
— Смею думать, — сказала старушка с безмятежным видом. — Смею думать…
— Вы, главное, постарайтесь не сделать опрометчивых шагов… Помните, что я всегда готов выступить консультантом, советчиком, кем угодно. Бесплатно, без тени выгоды, вы же понимаете. Нельзя всё время думать о выгоде…
— Василий Яковлевич, что придёт время , я к вам непременно обращусь, — заверила старушка. — Будьте уверены.
— Приятно слышать… — сказал Смолин. — Вот кстати, а как у вас с кнопочками?
— Ох… — на сморщенном старушечьем личике отразилось явственное смущение. — Я их снова куда-то засунула, обе…
— Фаина Анатольевна… — не сдержавшись, поморщился он. — Ну что ж вы, право… Поищите и не прячьте далеко, ну мало ли… Я вас умоляю!
— Ну хорошо, хорошо, посмотрю…
Она тяжело встала с кресла (дореволюционных времён, реставрированное самим Маэстро, две штуки баксов как минимум), подошла к серванту и принялась неторопливо выдвигать ящички. Смолин, пользуясь тем, что бабуля стояла к нему спиной, тяжко вздохнул, уставясь в потолок. Это была его собственная инициатива, осуществлённая за собственные деньги (невеликие) — передатчик на балконе, автономное питание на случай отключения электричества, два брелока с кнопками, в случае чего машина с вооружёнными молодцами одного из охранных агентств нарисуется у дома через пару минут. Фаина свет Анатольевна до сих пор считает, что это совершенно бесплатно постарались городские власти — ну и пусть…
Он устало, уныло смотрел в окно: живописные сосны, широкая река, за рекой круто вздымаются склоны, поросшие дикой тайгой. Город-спутник Шантарска, построенный когда-то исключительно ради ГЭС, и обитали тут большей частью комсомольцы-энтузиасты: барды-бакенбарды, романтика шестидесятых, искрения вера в высокие идеалы и всё такое прочее. Даже теперь, после двадцати годочков перестройки, аура эта даёт о себе знать — город практически не разрастался, и постаревших комсомольцев-энтузиастов, и ныне не растерявших ностальгической веры в идеалы, тут пруд пруди. Фаину Анатольевну взять. И поди ты ей объясни реалии эпохи: ежели в квартире собрано живописи тысяч на триста баксов (и это по шантарским, не по столичным ценам!), а обитает в ней лишь бабуля-божий-одуванчик, не обременённая постоянной охраной из пары автоматчиков в прихожей то рано или поздно, к гадалке не ходи, обязательно отыщутся беззастенчивые ухари… Просто удивительно, что их не отыскалось до сих пор — Сибирь всё же, не столица…
Задребезжал звонок. Не оборачиваясь, старушка попросила:
— Василий Яковлевич, не сочтите за труд…
Направляясь в прихожую, он опустил руку в карман лёгкой куртки и мимолётно коснулся пальцами шокера — на всякий случай, из предосторожности, неожиданные звонки в квартиру, откуда можно вынести триста тысяч баксов, знаете ли, порой чреваты, и лучше перебдеть, чем недобдить…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу