* * *
- А ты знаешь, мне вчера не было больно, - сказала Люба ему на ухо.
Стояло зимнее утро, темное, долгое, неторопливое. Люба лежала у него на руке и мурлыкала в щеку.
- Просто не надо спешить. - Олег потянулся одной свободной рукой. - У тебя слишком сухо, надо с тобой поиграть с полчаса - и все нормально.
- Ты такой опытный. А я тебе понравилась?
- А я тебе?
- Я ещё не поняла. Вот мы потом повторим, и я скажу.
Она нащупала телевизионный пульт, протянула руку и нажала кнопку. Замерцал экран телевизора. Послышался голос диктора. Шли уже девятичасовые новости.
- К сожалению, день начинается с очередного криминального сообщения. Час назад нам сообщили о заказном убийстве. На этот раз убита молодая женщина. Смотрите наш репортаж.
- Здравствуйте, я Кирилл Мотылев. Мы находимся в офисе печально известной фирмы "Финамко". Буквально пятнадцать минут назад прямо в фойе была застрелена Зоя Морозова, самый доверенный сотрудник недавно арестованного Василия Бородулина.
Олег резко сел. Перед глазами все плыло. Сквозь звон в ушах глухо доносились слова репортера:
- Работники, шедшие на работу, видели в фойе подростка с надвинутым на голову капюшоном куртки. Кстати, многие свидетели недавнего убийства депутата Вовтузенко тоже говорили о субтильном телосложении киллера. Уж не появился ли в городе киллер-подросток? Смерть Зои Морозовой, по словам сотрудников "Финамко", приведет к полному параличу деятельности корпорации. Только она после ареста Бородулина и смерти Вовтузенко могла распоряжаться активами фирмы...
- Ты что? - встрепенулась Люба. - Ну, подумаешь, убили какую-то тетку.
- Это... моя жена,.. - Олег стал вылезать из постели. - Собирайся. Там же Леночка, Сашка... Они сейчас в школе...
Олег схватил рубашку, бросил. На глаза накатывали слезы.
* * *
- А чего она говорит, что я дунька деревенская? - Люба надула губы.
- Ну, ты ведь уже взрослая, - вздохнул Олег, - а она ещё ребенок.
- Подумаешь, взрослая, - фыркнула Ленка. - Пусть сперва готовить научится. Я и то лучше суп варю.
- Это я-то готовить не умею! - вскипела Люба.
- И вообще, - подал голос молчавший до того Сашка, - пришла тут, распоряжается... Пусть уходит. - Он смотрел в стол и крутил пальцем на скатерти чайную ложку.
- Выгоняете, значит! - на глазах Любы блеснули слезы. - Ну, почему они меня так ненавидят?
- Потому что ты не мама, - процедила Ленка, тоже глядя в стол.
Это все-таки случилось. Всю неделю назревало и вот прорвало. Олег не знал что делать. Смотрел беспомощно на каждого по очереди, но никто не хотел встречаться с ним взглядом.
- Хорошо, я уйду, - сказала Люба дрожащим голосом.
Олег прошел следом в прихожую.
- У меня нет права выбора, - сказал тихо. - Они тебя не приняли. Слушай, давай пока так встречаться? Я тебе свиданье назначу... А потом как-нибудь образуется.
- Я не хочу как-нибудь потом. Я хочу сейчас, чтоб все как у людей. Или вообще ничего не надо. Уеду в деревню или ещё куда. Все равно мне деваться некуда.
- Обожди. - Олег поднял трубку телефона, набрал номер. - Владимр Саныч? Это Мастер. У нас, помнится было джентльменское соглашение. Я свои обязательства выполнил... Так, понял, завтра в двенадцать. Только, переоформить не на меня, а на Любу. Договорились... Пока. - Он повернулся к Любе. - Завтра в двенадцать у нотариальной конторы на Белинского. Не забудь паспорт. Ту квартиру на тебя Саныч перепишет.
- Не надо мне ничего, - пробурчала Люба, поворачивая дверной замок.
- Никогда не капризничала и сейчас не начинай, - сказал Олег и потянулся её поцеловать. - Будешь мне свиданья назначать.
Люба молча отстранилась и так же молча вышла за дверь. Захлопнулся замок. И тут же на плече у Олега с радостным воплем повис Сашка:
- Папка, мы тебя любим!
- Так ведь и я вас, обормотов, люблю, - он криво улыбнулся и провел ладонью по глазам.
- Ура! - теперь повисла и Ленка.
* * *
Прошло ещё полгода. За это время Олег дважды встречал на улице Гюзель, но она всякий раз уклонялась от разговора под предлогом траура по погибшему в автомобильной катастрофе Мамеду. Потом Юсуф переехал в какой-то другой город и увез с собой овдовевшую сестру с племянником.
Люба в назначенное время пришла в нотариальную контору и Саныч честно переписал на неё ту самую двухкомнатную квартиру на Колтяре. У него этих квартир ещё осталось немеряно. Олег несколько раз приезжал к Любе, но жизнь врозь неожиданно быстро излечила их от взаимной привязанности. Кончились общие невзгоды, началась разная жизнь. Сейчас Люба работает в киоске возле троллейбусной остановки и, вроде бы, у неё завязывается роман с парнем, который привозит пиво. Напротив её киоска недавно установили транспарант: "Колтяру - 275 лет. В 1725 году заложен Колташевско-Ярцевский железоделательный завод".
Читать дальше