Джесси Келлерман - Зной

— У нас большой район. Территория, которую быстро не обшаришь. Вы не знаете, где это было?

— Я не знаю даже, что это было, — ответила Глория. — Похоже на автомобильную аварию, но я не уверена.

— Тогда все сложно, — сказал Фахардо. — Я уже сказал, территория большая, куча автомобильных аварий.

— Американец в какую-нибудь из них попадал?

— Когда, говорите, это произошло, сеньора?

— Пять дней назад.

— А звали его как?

— Карл Перрейра.

Фахардо посопел:

— Вот как? Он ваш… кто он вам, муж?

— Да, — ответила Глория. — Он мой муж.

— И вы говорите, авария была автомобильная?

— Я не знаю, — сказала Глория. — Была у вас автомобильная авария?

— Когда?

— В то время.

— Не уверен, что понял ваш вопрос, сеньора.

— Была там на прошлой неделе автомобильная авария или ее не было, это очень простой…

— Ay [11] Ай, ой, ох… (исп.) . Senora. Полегче.

— Кто-то мог покалечиться, кто-то, избави боже, погибнуть. Если вы не способны ничего мне сказать, давайте я поговорю с вашим начальством.

Пауза.

— Я и есть мое начальство, — сказал Фахардо. — Хотите поговорить, говорите со мной. А во-вторых, я следую принятой у нас процедуре. Если вам охота ставить мне палки в колеса, — валяйте, но предупреждаю, легче от этого не станет ни вам, ни мне и никому другому. Так что вы там говорили?

Глория сжала кулак и легонько врезала им по столу.

— Извините, — сказала она.

— Пустяки. Вы, похоже, здорово взвинчены, у вас что-то еще есть на уме?

Нет, жопа ты этакая.

— Нет. Простите, не могли бы вы…

Фахардо прервал ее, вздохнув:

— Не начинайте снова допрашивать меня.

— Я не начинаю.

— Ладно. Выходит, насчет того, кто ведет расследование, мы договорились.

«Расследование?» — подумала Глория.

— Значит, так, я могу просмотреть журнал регистрации… за эту неделю… — Слышно было, как Фахардо со стоном вылезает из кресла. — Журнал у меня в офисе. Если хотите, могу позвонить вам завтра утром.

— Я не могу ждать до завтра.

— Ну, к вам я пока не собираюсь, так что…

— Пожалуйста.

Фахардо звучно шмыгнул носом.

— Я не знаю, что вам ответить, сеньора.

— Я сама приеду к вам, — сказала она. — Сяду в машину, буду ехать всю ночь…

— А вот это совсем ни к чему, — сказал он.

Пауза.

Когда он заговорил снова, голос его звучал напряженно:

— Послушайте, если вы никак уж не можете обойтись без мелодрамы… Может, у меня — прямо тут… может быть, кое что… кой-какие материалы… Когда?

— Пять дней назад.

— Пять дней назад, хорошо. Минутку.

Она слушала, как он кладет трубку, как выходит из комнаты, как возвращается.

— Сеньора? По-моему, я вспомнил того, о ком вы говорите. Несколько дней назад. Дорожная катастрофа с участием американца. Кто он такой, мы не знали, документы его погибли, однако номер у машины был калифорнийский.

— А машина какая? — спросила Глория.

— Машина японская. «Хонда». — Фахардо еще раз шмыгнул носом. — Похоже на него?

Все надежды истаяли, обратившись в нечто желчное, едкое. Комната начала расширяться, а внутренности Глории, напротив, сжиматься в одинокую, перепуганную точку.

— Сеньора? Похоже, что это он?

— Да, — пролепетала она.

— Ну вот, сеньора. Сожалею, но это была очень серьезная авария.

Он звонил мне по телефону, думала она. Насколько серьезной могла быть авария, если он звонил мне, разговаривал. Я же слышала его голос. Слышала его. Все было в порядке. Как же все могло быть плохо. Он звонил мне. Как плохо. Он звонил. Как.

— Он в больнице? — спросила она.

— Нет, — ответил Фахардо. — Он умер прошлой ночью.

Реджи Солт сказал так:

— Им нет резона врать тебе, Гиги. Если УПЛА говорит, что не обладает там никакой юрисдикцией, значит, не обладает.

— Тот человек сказал, что Карл мертв, — возразила Глория, — им что же, наплевать на это?

— Ну, может, если бы кто-то с ним что-то сделал, — сказал Реджи. — Но ты же говоришь — произошел несчастный случай.

— Это тамошний коп так говорит.

— Как его зовут?

— Фахардо.

— Ага — Реджи почесал глаз. — Ну, честно говоря, Гиги, это их дело, там всем они заправляют. Заправляют плохо, согласен. Но я не могу позвонить им, назвать номер моего значка и рассчитывать, что они забегают быстрее. Плевать они на нас хотели.

Глория помешала нетронутый чай и опустила ложку на стол. Обычно она старалась не класть мокрые ложки на голый пластиковый стол, но этот был до того мерзок, что вылей на него хоть всю чашку «Сви-тач-ни», он только чище станет. Чем такая забегаловка, как эта, завлекала клиентов, Глория и представить себе не могла, — но, правда, на несколько миль в округе только эта открыта сегодня и была.